Старчик мира
Современники и друзья считали Григория Сковороду живым, обаятельным и очень добрым человеком.
Если бы в наши дни психологи проанализировали удивительные факты и случаи, порой мистические, из его яркой жизни, они, наверняка, написали бы о нем что-то вроде “одинокая харизматичная личность, не лишенная паранормальных способностей”.
Сам с собой
Как только его ни называли: и “украинским Сократом”, и “отечественным Пифагором”, и “степным Ломоносовым”.
Впрочем, прежде всего Сковорода был самим собой — целостной и оригинальной личностью, чья жизнь восхищала и поражала стольких великих творческих людей, что их имена даже сложно перечислить.
Лев Толстой сказал как-то: “Многое из его мировоззрения такое чрезвычайно близкое мне. Я недавно еще раз перечитал его. Мне хочется написать о нем. И я это сделаю.
Его жизнеописание, возможно, еще лучше, чем его произведения. Но как хороши и произведения!”.