В тесноте не до обиды

В тесноте не до обиды
552
На прошлой неделе состоялась публичная дискуссия между банкирами, экспертами и председателем НБУ, в ходе которой обсуждались такие актуальнейшие темы, как ситуация на валютном рынке и монетарная политика (рефинансирование).

Хотя мероприятие анонсировалось организаторами как “круглый стол”, формат не отличался интерактивностью. Во-первых, в Украинском кризисном медиацентре для такой встречи было, мягко говоря, тесновато, сидячих мест едва хватило для спикеров.

Далее — частокол видеокамер, и за этой стеной — остальные присутствующие. Фотокор БИЗНЕСа в поиске разнообразных ракурсов то и дело сталкивался с телевизионщиками.

Во-вторых, в начале мероприятия прозвучало заявление, что его формат не предусматривает вопросов из зала… Появившаяся Валерия Гонтарева, глава НБУ, также была удивлена.

Я думала, что у нас “круглый стол”, а здесь так много камер, прессы… Никогда столько не видела”, — заметила она, с трудом протискиваясь к своему месту.

Впрочем, справедливости ради отметим, что логистические неурядицы абсолютно не отразились на содержании дискуссии, которая была интересна даже без непосредственного участия в ней.

Пожалуй, впервые в новейшей истории Украины можно было наблюдать председателя НБУ, который в присутствии прессы выслушивает весьма неудобные (а не постановочные) вопросы экспертов и банкиров и достаточно эмоционально вступает с ними в дискуссию.

Кстати, присутствующие банкиры тоже пытались оппонировать регулятору, и весьма успешно, а не только “поддакивали”, как это было ранее. В общем, обо всем по порядку.

Волюнтаризм
Вступительные тезисы по валютной тематике озвучил Руслан Бондаренко, координатор группы реформ банковского сектора гражданской инициативы “Реанимационный пакет реформ” (РПР).

Он поднял вопрос прозрачности формирования валютного курса. В частности, г-н Бондаренко считает, что Нацбанк должен разработать и обнародовать четкие критерии своего выхода на межбанк с интервенциями.

Владислав Сочинский
, заместитель председателя правления Ситибанка (г.Киев; с 1997 г.; около 100 чел.), озвучил совершенно противоположную точку зрения:

Четких критериев интервенций НБУ быть не должно в принципе. Интервенция приносит результат, когда носит внезапный характер”.

Тем временем представитель РПР продолжал предъявлять претензии банковскому регулятору. “Нацбанк должен прекратить практику безосновательных обвинений банков в манипуляциях с курсом”, — озвучил очередной тезис Руслан Бондаренко.

И тут же отметил низкую эффективность мониторинга НБУ клиентских заявок на покупку валюты. Как известно, такая мера была введена недавно принятым антикризисным постановлением №540 (см. статью "Рубаха, парень!").

Валерия Гонтарева в ответ заявила, что в последнее время НБУ не обвиняет банки в манипулировании курсом.

Вместе с тем она отметила активизацию незаконных операций по покупке и выводу валюты из страны именно во время паники. Дескать, поэтому и были введены административные меры в виде предварительного мониторинга заявок на покупку валюты.

При этом г-жа Гонтарева признала неэффективность механизма обязательной продажи валютной выручки: “Экспортеры, которые научились прятать 50% валютной выручки, точно так же прячут и 100%”.

 Глава Нацбанка также добавила, что в последнее время объемы самой валютной выручки действительно сократились в связи с боевыми действиями в Донбассе. По ее словам, сейчас вся надежда на экспортеров сельскохозяйственной продукции.

Кроме того, все тот же Руслан Бондаренко заявил о необходимости сделать публичной информацию о межбанковских торгах в режиме реального времени.

Напомним: с 15 августа регулятор в ходе торговой сессии на межбанке каждые полчаса выкладывает сведения о количестве сделок и средневзвешенном курсе.

Показатели приводятся нарастающим итогом. “Если кто-то хочет следить за торгами в онлайне, то нужно подписаться на Bloomberg или Reuters и сутками сидеть наблюдать.

Даже в системе “Вал-Кли”
(система подтверждения заявок на межбанке. — Авт.) информация не обновляется ежесекундно. Все заявки, которые вносятся в эту систему до 13.00, учитываются при расчете официального курса”, — ответила г-жа Гонтарева.

Причем речь идет как о межбанковских сделках, так и о внутренних сделках банков. “Мы, конечно, можем сделать “Вал-Кли” в онлайне, но не думаю, что это принесет какую-либо пользу”, — резюмировала она.

Верните спекулянтов
Председатель НБУ отметила также очень низкие обороты межбанковского рынка, которые в последнее время составляют $200-300 млн, тогда как еще совсем недавно превышали $1 млрд.

Для страны с 46-миллионным населением я бы назвала это неприличным”, — заявила г-жа Гонтарева. Причина — резкое снижение спекулятивной составляющей,

обусловленное административными мерами НБУ и введением 0,5%-ного сбора в Пенсионный фонд (ПФ) с покупки валюты.

Глава Нацбанка признала, что, как ни парадоксально, именно эта спекулятивная составляющая торгов придавала рынку большую устойчивость.

Она отметила, что сейчас на рынке присутствуют только импортеры и экспортеры. Поэтому выравнивать дисбалансы спроса и предложения валюты, кроме НБУ, некому.

Если же регулятор не вмешается — курс может развернуться куда угодно. “Хорошо помню: когда я выступала в ВР, котировки были 13,6 грн./USD.

В конце дня я выяснила, что по такому курсу была заключена единственная сделка на $50 тыс.,
— вспоминала Валерия Гонтарева.

Тогда я окончательно поняла, что механизм функционирования нашего рынка совершенно не соответствует представлениям о гибком курсе”. Это подтвердили и присутствовавшие банкиры.

Объем рынка смешной, и сумма в $10-20 млн может загнать курс как в одну, так и в другую сторону. В такой ситуации основным оператором валютного рынка выступает НБУ”,

— отметил Сергей Мамедов, председатель правления Укргазбанка (г.Киев, с 1993 г.;
2,5 тыс.чел.).

Владислав Сочинский в свою очередь настаивал на необходимости срочно создать условия, которые будут стимулировать банки возвращаться на валютный рынок.

Банкир предложил переложить уплату сбора в ПФ с банков на импортеров, повысив его ставку до 1% от суммы сделки.

Параллельный шаг — формирование группы банков со статусом “market makers”, через которые на рынке будет работать Нацбанк. Валерия Гонтарева ответила,

что НБУ уже просил Минфин освободить банки от уплаты сбора в ПФ, но в министерстве потребовали предложить альтернативу.

 “Хотя от упразднения сбора ничего не изменилось бы, ведь сейчас банки просто не совершают собственных сделок.

То есть фискального результата нет, однако наличие сбора мешает банкам поддерживать ликвидность валютного рынка
”, — констатировала Валерия Гонтарева.

Что касается создания на рынке института “market makers”, то, по словам председателя НБУ, эта инициатива активно обсуждается уже две недели.

Сейчас по личной просьбе г-жи Гонтаревой в Украину специально приехали представители МВФ. “Они хотят понять, почему это нужно сделать, и утвердить данную новацию”, — сообщила глава Нацбанка.

По ее словам, банки, получившие статус “market maker”, гарантированно не будут знать, когда НБУ будет выходить на рынок, и при этом будут поддерживать твердые котировки на крупные суммы с очень узким спредом.

 “Посмотрим, кто рискнет играть против НБУ по-крупному”, — бросила вызов Валерия Гонтарева. Она надеется, что институт “market makers” может быть внедрен уже в ближайшие недели.

Пока же регулятор вынужден выдумывать новые формы своего присутствия на рынке и тратить на поддержку гривни немалые средства.

К примеру, в прошлый понедельник, 8 сентября, НБУ спустил на эти цели почти $100 млн. “Вчера мы удовлетворили 100% заявок банков, поданных как на заранее объявленный аукцион, так и на прямую интервенцию”, — похвалилась г-жа Гонтарева.

И признала, что в ожидании решения МВФ о выделении очередного транша НБУ не всегда имел такую возможность.

Однако заявки всех банков всегда честно удовлетворялись в одинаковой пропорции. “Что касается отдельных банков, которым не продали валюту, то, скорее всего, НБУ закрыл на них лимит.

На каком основании — поинтересуйтесь у них напрямую…
” — намекнула на нечистоплотные действия самих финучреждений г-жа Гонтарева.

По ее словам, один из таких банков, который в прошлом году обналичил 53 млрд грн. и $4 млрд вывел за рубеж, сейчас судится с регулятором.

Дискуссия обострилась, когда слово получил известный “валютчик” Сергей Яременко,
бывший заместитель председателя НБУ.

Он заявил, что разговор не даст результата, пока участники честно не ответят на ключевой вопрос: у нас валютный курс — реально плавающий или все же фиксированный?

“Если Валерия Алексеевна говорит, что у нас плавающий курс, то ее никто не вправе обвинять в курсовой нестабильности по определению.

Сейчас же ситуация выглядит абсурдно: НБУ декларирует плавающий курс, но при этом рассуждает, как же избежать его колебаний, т.е., по сути, привести его к фиксированному
”, — заявил г-н Яременко.

И в продолжение мысли добавил: для управления плавающим курсом необходимо применять инструменты, о которых, по его словам, “здесь даже не думают”.

Он считает, что межбанковский валютный рынок как таковой в Украине вообще отсутствует: “У нас нет свободного валютного рынка. Это отношения между теми, кто обязан продать, и теми, кто вынужден купить.

Единственным игроком является НБУ, от позиции которого и зависит курс. То есть, по сути, регулятор и определяет курс! Но насколько такое положение дел совместимо с режимом плавающего курса?
”.

В разговор вмешалась Валерия Гонтарева: “У нас реальный плавающий курс, фиксированного курса больше нет! Но это не значит, что мы можем допускать его бесконтрольное падение на совершенно мизерных объемах рынка вследствие паники”.

Вы шумите, шумите
Однако основная дискуссия разгорелась между Валерией Гонтаревой и Игорем Шумило, бывшим директором Генерального экономического департамента НБУ.

Кстати, в банковских кругах бытует мнение, что такого опытного “монетариста” сейчас очень не хватает в руководстве регулятора.

Впрочем, можно прямо сказать — шансы Игоря Анатольевича влиться в команду Валерии Алексеевны после их дебатов призрачны.

Как ни странно, но моя позиция ближе к позиции Сергея (Яременко. — Авт.), хотя обычно мы с ним дискутируем”, — начал свой “спич” г-н Шумило.

Он выразил удивление, почему дискуссия сводится только к стабилизации курса, тогда как монетарные власти задекларировали переход к режиму так называемого инфляционного таргетирования, когда во главу угла ставится инфляция, а не валютный курс!

 “Дисбалансы начинаются с Минфина, который дает нерыночную цену на ОВГЗ”, — завил г-н Шумило. И добавил, что Нацбанк продолжает финансировать правительство.

Эксперт раскритиковал НБУ за то, что он основное внимание уделяет как раз курсу, тогда как должен фокусироваться на денежно-кредитной политике, процентных ставках.

Также г-н Шумило отметил практику “ручного” управления в этом вопросе. “По-прежнему актуально понятие “дружественных” банков”, — привел он пример.

Валерия Гонтарева не стала молчать: “Удивлена, что, зная меня столько лет, вы можете говорить о моих специальных отношениях с какими-то банками”.

Впрочем, она не исключила существования “партизанских движений” на нижних уровнях нацбанковской бюрократии.

Основной посыл главы НБУ сводился к тому, что полноценное внедрение инфляционного таргетирования сейчас невозможно, так как страна фактически находится в состоянии войны, что признают даже в МВФ.

Изначально планировалось перейти в режим инфляционного таргетирования за год, затем сроки увеличились до полутора лет. Однако Игоря Шумило подобные аргументы не впечатлили.

 “Председатель НБУ говорит, что в следующем году инфляция будет 10%, а учетная ставка уже сейчас 12,5%. Но почему тогда депозиты принимаются под 20% годовых? — поинтересовался он.

Это значит, что население не верит в такие прогнозы… Вы, как глава НБУ, должны сказать общественности: вот такая моя цель, и для ее достижения я буду делать то-то и то-то. Пока такого нет”.

Об уровне накала страстей свидетельствовал тот факт, что Валерия Алексеевна не удержалась и прокомментировала проскользнувшую в выступлении оппонента фразу о профессионализме монетарных специалистов НБУ.

Я бы в этом усомнилась. Например, сегодня ночью мне пришлось собственноручно готовить для МВФ оперативные материалы о влиянии военной ситуации на платежный баланс.

Ни один из высококлас­сных специалистов НБУ, не получив данные из бюро статистики, ответить на вопросы по платежному балансу не может
”, — жестко отрезала г-жа Гонтарева.

И добавила: пока команда Нацбанка не готова проводить высококачественный анализ, поэтому необходимо усиливать кадры регулятора.

Так или иначе, сложилось впечатление, что г-н Шумило искренне верит, что грамотное проведение политики инфляционного таргетирования может достаточно быстро принести позитивный результат.

Я, например, как и некоторые другие эксперты, считаю, что гривня сейчас недооценена. Когда денежно-кредитная политика станет прозрачной и понятной, будут устранены перекосы в процентных ставках, тогда и ситуация на валютном рынке будет совсем иной”, — отметил он.

Хотя надо сказать, что взаимосвязь между кредитными ставками и курсом совершенно не очевидна, тем более для обывателей.

Господин Шумило также поинтересовался у главы НБУ, действительно ли она считает оправданным нынешний заниженный, по его мнению, уровень учетной ставки и почему Нацбанк не идет на ужесточение монетарной политики,

что могло бы способствовать укреплению гривни? На это Валерии Гонтаревой пришлось съехидничать:

У меня под НБУ обычно стоят два митинга. Одни говорят: почему не вводите временную администрацию в тот или иной банк? А другие: зачем ввели? Вот ваш вопрос из этой же оперы”.

По сути же проблемы г-жа Гонтарева с гордостью ответила, что учетная ставка стала хоть что-то значить для рынка.

Мы выстроили всю кривую доходности по привлечению средств — от “оvernight” до 90 дней”, — отрапортовала она.

Глава Нацбанка также заявила, что НБУ совместно с Минфином начал выстраивать кривую доходности по ОВГЗ со сроком обращения до трех лет, на основании которой проходят рыночные сделки.

В то же время г-жа Гонтарева признала: госбумаги со сроком обращения более трех лет (5, 7 и 10 лет) никакого отношения к рынку не имеют — это украинский вариант QE (количественного смягчения), т.е. выкуп активов.

Аргументируя адекватность депозитных ставок учетной, Валерия Алексеевна привела в пример предложения “Райффайзен Банка Аваль”, который известен самыми низкими депозитными ставками на рынке.

Ни дать, ни взять
Илья Несходовский, независимый эксперт РПР, поднял проблемы рефинансирования банковского сектора и начал с того, что большие претензии по данному вопросу имеются к предыдущему председателю НБУ Степану Кубиву.

 “В прессе время от времени появляется информация о предоставлении крупных кредитов некоторым банкам.

Возникают вопросы: почему именно этому банку, под какую ставку, на каких условиях? Отсутствие внятных ответов порождает недоверие
”, — посетовал г-н Несходовский и предложил сделать такую информацию открытой (публичной).

Как известно, сейчас эти данные в свободном доступе отсутствуют. Аргумент банкиров и регулятора — публикация таких сведений может навредить банкам, получившим кредиты.

Однако эксперты РПР резонно отмечают, что еще большая паника возникает после публикаций о рефинансировании в СМИ.

Если такая информация будет открыта, предмет спекуляций просто исчезнет”, — уверил присутствующих г-н Несходовский.

Валерия Гонтарева ответила кратко: “Нацбанк готов полностью открыть все, что только возможно. Дело — за банками”.

Председатель НБУ уверена, что информация о получении рефинансирования, наоборот, должна позитивно восприниматься общественностью. Дескать, если НБУ поддержал банк — значит, там порядок.

В то же время позиция банковского сообщества совершенно неочевидна. Ни один из присутствующих на мероприятии банкиров не высказался однозначно за публикацию информации о получении рефинансирования.

Так, по мнению Сергея Мамедова, нужны просто стандартные процедуры рефинансирования, чтобы оно было доступно любому нормальному банку.

Тогда информация о выделении таких кредитов станет просто неактуальной. Мол, в чем интрига, если получить поддержку может каждый банк, удовлетворяющий определенным общеизвестным критериям.

 “Из общения с коллегами знаю, что они очень часто рассматривают рефинансирование как часть фондирования банка.

В то же время в классическом варианте получение рефинансирования означает, что банк не смог взять ликвидность на рынке и вынужден был обратиться за ресурсами к кредитору последней инстанции
”, — отметил Владислав Сочинский.

Он также назвал вредными звучащие призывы к тому, чтобы НБУ рефинансировал банки на длительный срок под кредиты бизнесу.

Все это лишнее. Банкам просто нужно дать возможность принимать реально срочные депозиты. Это снизит потребность в рефинансировании даже в период паники”, — пояснил банкир.

При этом он все же склонен считать информацию о факте получения рефинансирования негативной для банка-заемщика.

Например, многие американские банки в кризис 2008 г. боялись обращаться в ФРС за поддержкой. Дескать, если я иду к ним за помощью — значит, есть проблемы”, — сказал г-н Сочинский.

В свою очередь Игорь Шумило полагает, что решение НБУ о реструктуризации предоставленного рефинансирования неправильно (см. стр.26).

В других странах банки давно вернули государственные ресурсы, к которым прибегали в кризис 2008-2009 гг., — подчеркнул эксперт. — Необходимо стимулировать собственников банков заводить в страну средства и вливать их в банки”.

Валерия Гонтарева напомнила, что до сих пор НБУ под ее руководством не выдал ни одного стабилизационного кредита, только стандартные займы для поддержки текущей ликвидности под залог ОВГЗ.

По словам г-жи Гонтаревой, сейчас такое рефинансирование может получить любой банк в автоматическом режиме. Это обычная операция.

Кстати, Валерия Алексеевна вступилась за предшественника, отметив, что тот занимался “тушением пожара”. Правда, она не исключила, что под шумок “что-то могло произойти”, а также сообщила о наличии проблемы качества обеспечения кредитов:

НБУ любил брать в залог в основном недвижимость или имущественные права на нее. По-моему, нам уже сдали всю ненужную недвижимость, еще и по завышенным оценкам.

Поэтому будем просить более ликвидное обеспечение, как это делают сами банки по отношению к заемщикам
”.

Реальные люди
В конце дискуссии был поднят вопрос непрозрачности структуры собственности отечественных банков.

Очень много банков существуют только для того, чтобы финансировать бизнес собственника за счет средств, привлеченных с рынка”, — напомнил Илья Несходовский.

Тогда как информация о реальных собственниках банков, по его мнению, тоже должна стать достоянием общественности.

Собственники банков должны быть раскрыты. Это даже не обсуждается, мы работаем над этим”, — согласилась Валерия Гонтарева.

Вместе с тем она усомнилась в реальности идентификации заемщиков, являющихся инсайдерами (лицами, связанными с собственником банка).

Во многих случаях о такой связи можно только догадываться, но обосновать ее часто не в силах даже аудиторы из “большой четверки”, — отметила председатель НБУ и в который раз пообещала раскрыть собственников.

На сей раз до конца года. Глава Нацбанка признала, что сейчас возникают ситуации, когда сам регулятор не знает, с кем из акционеров общаться по поводу капитализации банка ввиду распыленности структуры собственности.


Последние новости: