“Государство должно принимать решения для удержания инвесторов и развития отрасли”

“Государство должно принимать решения для удержания инвесторов и развития  отрасли”
1372

Наталия Гребенюк, финансовый директор компании ДТЭК Нефтегаз:

— Министерство энергетики и угольной промышленности на протяжении года неоднократно представляло программу наращивания добычи природного газа в Украине на треть — до 27 млрд куб.м до 2020 г. Но основная роль в ее выполнении отводится государственной компании “Укргазвидобування”. Почему в министерстве упорно “не видят” частной добычи газа?
— Я бы не сказала, что “не видят”. Просто “Укргазвидобування” сейчас объективно самый крупный газодобытчик в Украине с тысячами скважин и более чем сотней лицензионных участков. Эта компания может интенсифицировать добычу, применить технологию гидроразрыва пласта и значительно нарастить объемы добычи уже в краткосрочной перспективе.

Поэтому вполне объяснимо, что государство делает ставку в первую очередь на нее. В свою очередь, частники за последние годы показали очень интенсивный рост, который превышал в отдельные периоды 30%. Они более мобильны и эффективны.

Но их доля в общей добыче по-прежнему невелика, и в ближайшие пять лет ситуация кардинально не изменится. Потому что для серьезного увеличения добычи в масштабах Украины им нужно бурить новые месторождения — это совсем другие деньги, сроки.

К тому же им нужен доступ к новым перспективным лицензионным участкам, а аукционы на них в последнее время почти не проводятся.

— Компания “Нефтегаздобыча”, входящая в ДТЭК Нефтегаз, является лидером по добыче природного газа среди частных добывающих компаний. Какие результаты работы за этот год уже можете озвучить и какой объем газа в 2016 г. компания планирует добыть в целом?
— В октябре “Нефтегаздобыча” уже прошла “планку” в 1,3 млрд куб.м, что достигает показателя прошлого года в целом.

Поэтому сейчас мы прогнозируем, что по итогам 2016 г. объем добычи составит не менее 1,6 млрд куб.м. Это будет новый рекорд в истории компании и частной газодобычи Украины вообще.

Такой результат достигнут благодаря тому, что компания продолжала инвестировать в разведку, добычу и модернизацию инфраструктуры, в том числе в новые для Украины технологии. В 2013-2016 гг. было пробурено 13 новых скважин.

— То есть в 2014-2015 гг., когда ставки ренты были повышены вдвое, вы продолжали инвестировать?
— Ничего другого нам не оставалось. К моменту повышения ставок в “Нефтегаздобыче” был запущен проект по бурению шести новых скважин. “Заморозить” его означало просто выбросить деньги на ветер — все работы пришлось бы начинать с самого начала.

И то, что “Нефтегаздобыча” сейчас показывает прирост добычи газа, — это результат инвестирования 4 млрд грн. в это направление в течение трех последних лет.

— Некоторые аналитики сейчас утверждают, что отечественная газодобывающая отрасль была инвестиционно привлекательной при ценах на газ в $300-400 за 1 тыс.куб.м. А при низкой цене даже уменьшение ставок ренты не обеспечит притока денег. Вы согласны с этим утверждением?
— Безусловно, когда цены на газ были $400 за 1 тыс.куб.м, доходность и окупаемость “газовых” проектов в Украине была совершенно иной. Сейчас, после кардинального снижения цен на газ, конъюнктура ухудшается, маржинальность бизнеса сокращается.

Инвесторы никуда, конечно, при этом не исчезают. Но надо понимать, что они постоянно выбирают, куда направлять свои деньги. В какую отрасль экономики. В какую страну, ведь фискальные системы разных стран тоже конкурируют между собой за инвестора.

 И, да, сейчас Украина и украинская газодобыча проигрывают эту конкуренцию. Поэтому если мы говорим о необходимости обеспечения страны собственными энергоресурсами, государство должно принимать соответствующие решения для удержания инвесторов и развития отрасли.

— В существующих условиях ваша компания будет продолжать инвестировать в газодобычу?
— Безусловно, определенные инвестиции будут. Потому что если их свести к нулю, уже за год-два объем добычи газа сильно сократится. Это природный процесс, обусловленный истощением запасов газа под землей. Но не будет интенсивного прироста добычи, который нужен Украине. Максимум мы сможем рассчитывать на сохранение тех объемов, которые есть сейчас.

— То есть прекратится развитие?

— Развитие в сфере газодобычи включает в себя два главных компонента: геологоразведку и бурение новых скважин. И то, и другое — это рисковые инвестиции. Потому что можно потратить много денег на исследования, но они не выявят ни одной точки для бурения.

Можно пробурить новую скважину, но она не даст ни одного кубометра газа. Нужны такие условия, чтобы инвестор мог позволить себе этот риск. Например, в существующих фискальных условиях мы можем себе позволить одну неуспешную скважину.

Но ввиду сложных горно-геологических условий в Украине этого мало. При иной конъюнктуре и налоговой нагрузке мы смогли бы, скажем, пробурить три таких скважины и относились бы к риску более “агрессивно”.

Например, когда привлекательность отрасли была более высокой, мы инвестировали в уникальный дорогой проект по бурению самой глубокой скважины в Украине — 6750 м.

Он оказался успешным, и это стало событием для всей отрасли, ведь раньше никто даже не предполагал, что на таких глубинах может залегать газ.

А сейчас наши геологи говорят, что надо бурить уже на 8 тыс.м. Это перспектива украинской газодобычи, ее будущее. Но в нынешней ситуации мы к подобным рисковым и дорогостоящим проектам не готовы.

— Сейчас обсуждается вопрос о снижении ставки ренты до 12%. Почему именно 12%? Согласны ли вы с таким размером налога?
— Предлагаемые сейчас 12% ренты — это средняя налоговая нагрузка на газодобывающие отрасли в европейских странах. Это цифра, которую придумали не мы, она рассчитана в ходе исследования международной компании Deloitte.

Безусловно, системы налогообложения добывающих отраслей в разных странах разные. Есть ставки ренты и 8%, и 5%. Где-то к ним применяются дополнительные налоги, например повышенная ставка налога на прибыль.

Мы считаем, что 12% на новые скважины — это компромиссная ставка, которая позволит и развивать газодобычу, и одновременно сохранять высокие налоговые поступления в госбюджет.

— Пожалуй, ГФС с вами не согласится…
— И какой будет результат? В 2014 г. в Украине уже повышали ставку ренты вдвое и в итоге получили снижение добычи и уменьшение базы налогообложения. То есть это означало прирост налоговых отчислений сегодня, но их сокращение завтра и в придачу уничтожение собственной газодобычи.

 К тому же обратите внимание: сейчас речь идет о снижении ставки ренты до 12% только для новых скважин, которые будут запускаться в эксплуатацию с 2017 г.

То есть фактически это создание более благоприятных условий не для уже работающего бизнеса, а для новых инвестиций. Которые, если все оставить как есть, неизвестно, будут ли вообще.

— Рента — это единственный сдерживающий фактор?
— Это лишь одна из составляющих комплекса мер, необходимых для привлечения инвестора. Очень важно все-таки запустить в полную силу действие положений Закона “О рынке природного газа”. Нужно урегулировать вопрос, связанный с требованиями к качеству газа.

Ведь, согласно новому Кодексу газотранспортной системы, компания “Укртрансгаз” может просто отказаться закачивать добываемый в Украине газ в трубу. Потому что его качество ввиду природных особенностей не соответствует документам.

Придет ли к нам инвестор, зная, что в любой момент его могут “отрезать” от трубы и скважины фактически придется останавливать? Еще одна важная составляющая — это дерегуляция отрасли в целом.

Речь идет о процедурах землеотвода, проведения проверок, получения разрешений на бурение. В общем, о громадном комплексе нормативных вопросов, требующих решения.

За последний год бизнес-сообществом совместно с органами власти наработано много предложений, но их никак не утвердят.

— Кстати, о дерегуляции. Насколько правильным было решение расщепить ренту так, как прописано в законопроекте №3038 (5% ренты получит местный бюджет)?

Этого, на ваш взгляд, достаточно, чтобы местные власти были заинтересованы в приходе газодобывающих компаний на свою территорию?

— Речь идет о значительных для местных бюджетов поступлениях. Например, сейчас бюджет одного из сельсоветов, с которым мы работаем, составляет около 1 млн грн. Если норма вступит в силу, он увеличится на 15-20 млн грн.

Согласитесь, это будет существенное улучшение. Помимо этого мы по своей инициативе, в рамках корпоративной социальной ответственности группы ДТЭК, финансируем проекты местных общин: в прошлом году на это было выделено около 8 млн грн., в этом году будет примерно 11 млн грн.

Последние новости: