“У бизнеса больше возможностей для маневров, чем у государственных структур”, —

“У бизнеса больше возможностей для маневров, чем  у государственных структур”, —
646

считает Виктор Шафранский, исполняющий обязанности министра охраны здоровья Украины

В новом Кабмине, сформированном 14 апреля, стационарными оказались все должности, кроме главы Министерства охраны здоровья. В конце концов в этой самой сложной отрасли не стали устраивать революций, и 27 апреля исполняющим обязанности министра назначили Виктора Шафранского, проработавшего год заместителем прежнего министра — Александра Квиташвили.

Вследствие своего статуса и опыта г-н Шафранский тоже не пытается внести революционные настроения в отрасль, а планирует доработать и внедрить давно назревшие идеи, в частности, референтное ценообразование и реимбурсацию лекарственных средств.


— В июне премьер-министр Украины дважды заявлял, что в ближайшее время правительство и парламент представят “новую систему здравоохранения”. Что она будет собой представлять? Правительство откажется от наработок последних полутора лет?
— Я противник вот этого — “до основанья мы разрушим, а затем…”. Все прекрасно понимают, что проблем накопилось много: ситуация в здравоохранении, мягко говоря, далека от идеальной. В то же время есть определенные наработки, которые нельзя просто выбросить в корзину.

Нам очень нужен закон об общегосударственном обязательном медицинском страховании. Эта модель финансирования — та основа, без которой невозможно дальнейшее движение.

Без этого закона мы не сможем внедрять новые медицинские технологии, оптимизировать сеть учреждений охраны здоровья, что обязательно нужно делать. В общем, это краеугольный камень критически необходимых изменений. И, насколько я знаю, депутатские группы разрабатывают проекты законов об общегосударственном обязательном медицинском страховании.

Согласно программе правительства, система медицинского страхования должна быть запущена с 2019 г. Было бы очень хорошо, если бы в этом году документ внесли в парламент, обсудили и приняли. Ведь во всех нормальных странах есть система медицинского страхования. И мы должны идти тем же путем, потому что нет необходимости изобретать велосипед.

— На что конкретно сейчас направлены усилия МОЗ?
— На то, о чем говорят премьер и Президент, — мы должны прежде всего стабилизировать цены на лекарственные средства, потому что складывается очень болезненная ситуация. Каждый человек, приходя в аптеку, видит, что цены на препараты растут, хотя валютный курс вроде бы стабилен.

Поэтому, во-первых, мы разрабатываем проект референтного (сравнительного) ценообразования на лекарственные средства, во-вторых, отстаиваем введение реимбурсации — компенсации стоимости лекарств. Мы планируем ориентировочно с 1 октября запустить реимбурсацию для гипотензивных препаратов (для лечения сердечно-сосудистых заболеваний).

— На эти лекарства уже вводили компенсацию…
— Да, это был пилотный проект, который доказал свою эффективность, так как значительно увеличилось количество обращений больных к врачам, количество пациентов, которые регулярно принимают гипотензивные препараты, уменьшилось количество сердечно-сосудистых заболеваний. Причем стоимость этого проекта относительно невелика — около 200 млн грн. до конца года. Но полученный эффект, как социальный, так и экономический, будет потрясающим.

Возвращаясь к реформам… Министерство также работает над новым Национальным перечнем лекарственных средств, который должны запустить с 1 января 2017 г. ВОЗ помогла нам разработать хороший перечень — около 300 международных непатентованных наименований медикаментов. Это тоже должно привести к стабилизации цен на лекарства и расширению возможностей для лечения людей.

— Что планируется сделать в области медицины?
— Мы работаем над тем, чтобы выстроить национальную реперфузионную сеть (по возобновлению тока крови. — Ред.). То есть создать сеть ангиографов по стране, чтобы больным сердечно-сосудистыми заболеваниями по ургентным показаниям оказывать помощь за счет государства.

К сожалению, сейчас в Украине два из трех пациентов умирают от сердечно-сосудистых заболеваний. Очень надеемся, что нам максимально быстро удастся построить национальную реперфузионную сеть. Тогда в дополнение к программе реимбурсации мы будем иметь полный комплекс сопровождения пациентов с сердечно-сосудистыми заболеваниями. То есть сможем влиять как на ургентное звено, так и на профилактику и процесс реабилитации. Так можно спасать 50-60 тыс. жизней в год — а это население небольшого украинского города.

Что касается экстренной медицинской помощи, то наша задача — построить в стране сеть европейских оперативно-диспетчерских служб (ОДС). Чтобы за внешним антуражем было современное содержание. Потому что сейчас в стране есть относительно новые машины скорой помощи, закупленные два-три года назад, неплохое обеспечение лекарствами — полный набор препаратов для скоровспомощной терапии. И на этом позитив заканчивается.

Сейчас только в Харькове, Днепре и частично в Киеве функционируют европейские оперативно-диспетчерские службы. Но необходимо в каждом областном центре создать такую ОДС, позволяющую минимизировать вмешательство человека, определять, какая машина находится ближе всего к больному не эмпирическим путем, а технически.

Комплекс таких мероприятий однозначно приведет к снижению смертности людей на догоспитальном этапе, не говоря об экономическом эффекте — рациональном использовании транспорта, снижении расхода бензина и т.д.

— Сколько необходимо вложить в этот проект?
— Около 250 млн грн. МОЗ ведет переговоры по этому поводу с международными организациями. Это позволит достаточно быстро и относительно небольшими средствами в ближайшие полгода изменить ситуацию с оказанием экстренной медицинской помощи в стране.

— Противостояние МОЗ и Комитета ВР по вопросам охраны здоровья по поводу направления реформирования, в том числе автономизации клиник, остается? Недавно Комитет отложил рассмотрение законопроекта об автономизации клиник. В чем проблема?
— МОЗ принадлежит к исполнительной ветви власти, и нам есть чем заниматься. Мне сложно сказать, почему Комитет ВР отложил рассмотрение этого документа, что там случилось на заседании. Но автономизация больниц — это важная составляющая изменений в сфере здравоохранения. Ведь мы движемся в сторону децентрализации.

Мы должны предоставить руководителю финансовую самостоятельность, которая поможет ему развивать клинику: определять, сколько ему необходимо содержать коек, иметь возможность перепрофилировать учреждение исходя из потока пациентов, оперировать бюджетом и самому определять, что является приоритетом для финансирования.

Если сейчас и есть какие-то сложности с прохождением этого документа, то, я надеюсь, он выйдет на второе чтение и будет проголосован в этом году.

— Экс-министра Александра Квиташвили обвиняли в том, что он затягивает процесс реформирования. Сколько времени нужно, чтобы изменить систему Семашко (советскую модель здравоохранения. — Ред.)?
— Я сразу хочу заметить, что в системе Семашко не все было так плохо, в ней была очень хорошая профилактическая составляющая и надлежащая диспансеризация. То есть некоторые вещи, которые сейчас необходимо возрождать. Но от анахронизмов, таких как, например, финансирование койко-мест, надо уходить. Нужно понимать, что система, которая строилась лет 30 назад, была рассчитана на 52 млн населения, а сейчас украинцев все-таки 45 млн.

За последние полтора месяца мы уже кое-что сделали, чтобы уйти от привязки количества коек к количеству персонала. Мы отменили приказ МОЗ №33 от 23.02.2000 г., который запрещал введение новых должностей в больницах, отменили жесткую привязку количества коек к количеству медперсонала. То есть если главврач может содержать десять врачей при клинике на 20 коек — пожалуйста.

— И все-таки, сколько времени понадобится?
— Надеюсь, что нам удастся запустить новую модель финансирования здравоохранения с 1 января 2017 г. Без этого шага все меры, о которых мы сейчас говорим, хотя и являются конкретными тактическими, так и останутся тактическими.

То есть главное — закон об общегосударственном обязательном медицинском страховании и изменение модели финансирования здравоохранения. Это те вещи, которые будут побуждать в том числе медицинскую общественность двигаться в сторону изменений. Ведь не секрет, что определенной части врачей не нужна реформа, им и так хорошо.

— Будет ли создаваться Национальное агентство по финансированию медицинских услуг?
— Этот вопрос еще обсуждается, потому что необходимо определить, с какого уровня мы будем финансировать. Возможно, агентства будут созданы в областях, ведь в каждой области они ближе к пациентам и знают, какие услуги больше нужны, как распределять финансирование. Думаю, как только мы закончим разработку и запустим референтное ценообразование, реимбурсацию, госпитальные округа, вплотную вернемся к модели финансирования.

— Как реформирование государственной системы здравоохранения повлияет на частную медицину?
— В Украине частная медицина не так развита. Она развивается там, где есть определенная прослойка населения, которая может себе позволить платить за медицинские услуги, рассчитывая взамен получить эффективную медицинскую помощь. Если государственная система будет работать качественно, частная медицина, безусловно, тоже будет, но она сосредоточится на предоставлении каких-то лакшери-услуг — в косметологии, эстетологии и других областях.

— А в базовых направлениях, в той же кардиологии?
— Приведу пример. Как я уже говорил, в Харькове построена хорошая ОДС скорой помощи. Службу запустили три года назад. Приблизительно в то же время на харьковский рынок вышла частная скорая помощь “Борис”. Они поработали около девяти месяцев и ушли… Потому что это был сегмент, в котором эффективно работает государственная медицина.

То есть в тех нишах, где эффективно будет работать государственная медицина, необходимости развития частной не будет. Частная медицина станет источником высоких технологий, стоимость которых государственная медицина не сможет компенсировать. Частная медицина будет надстройкой над нормально функционирующей государственной системой здравоохранения.

— Каким же в будущем может быть соотношение государственной и частной медицины в Украине?
— Думаю, 5%. Не больше, чем сейчас.

— Государство может предоставить определенные преференции частным клиникам: например, льготные тарифы на коммунальные услуги?
— Когда участники рынка стали обращаться за преференциями, премьер-министр очень правильно ответил: “Конкурируйте ценой”. У бизнеса намного больше возможностей для маневров, чем у государственных структур. Частники привыкли работать
в изменяющихся условиях.

ДОСЬЕ БИЗНЕСа

Виктор Шафранский, исполняющий обязанности министра охраны здоровья Украины

Родился:
12 сентября 1968 г. в пгт Народичи (Житомирская обл.).

Образование: Тернопольский государственный медицинский институт, специальность — “лечебное дело” (1991 г.); Межрегиональная академия управления персоналом, специальность — “менеджмент организаций” (2001 г.).

Карьера: 1991-1997 гг. — врач отделения сосудистой хирургии Житомирской областной больницы им.А.Ф.Гербачевского;
1997-1998 гг. — заместитель главного врача Житомирского областного лечебно-профилактического центра “Здоровье”;
1997-2004 гг. — руководящие должности в представительстве фармацевтической компании “Пфайзер Эйч. Си. Пи. Корпорейшен” (США); 2004-2012 гг. — директор представительства “Ипсен Фарма” (Франция) в Украине; 2012-2014 гг. — директор представительства “Новартис Фарма” (Швейцария); с 27.05.15 г. — заместитель министра охраны здоровья; с 27.04.16 г. — и.о. министра охраны здоровья Украины.

Увлечения: путешествия, плавание и велоспорт.



Последние новости: