Жизнь на дне — перспективы восстановления объемов потребления топлива нет

Жизнь на дне — перспективы восстановления объемов потребления топлива нет
1070

2015 г. стал вторым годом свободного падения топливного рынка.

2015 г. стал вторым годом свободного падения топливного рынка. После 11%-ного снижения потребления бензинов и дизтоплива в 2014 г. рынок ускорил поиски доселе неведомого дна и в 2015 г. сократился еще на 17%. Суммарные потери за два года составили 27%, или 2,6 млн т.

Единственным светлым пятном в этой апокалиптической картине стал сжиженный газ — его продажи растут колоссальными темпами благодаря крайне привлекательной цене. Для большинства операторов кризис стал поводом для переосмысления своего места на рынке.

Крупные сети АЗС в поисках дополнительных источников дохода начали тестировать новые продукты, некоторым пришлось ломать концепцию развития, делая ставку на сервисы и товары, которые ранее было принято называть “сопутствующими”.

2013-2015 гг. рынок пережил самый тяжелый за всю свою историю кризис. Драйверами падения стали бензины, розничная реализация которых за два года сократилась на 40% — до 1,8 млн т. Дизтопливо теряло показатели более сдержанно, на выручку пришла промышленность, в частности аграрный сектор и транспорт, которые оказались более устойчивыми к кризису.

Основные игроки топливного рынка — сети “ОККО” и WOG — за два года уменьшили наличные продажи на АЗС на 30%. Крупнейшая сеть АЗС группы “Приват”, насчитывающая более 1500 станций (бренды “Укрнафта”, “Авиас”, ANP и др.), удерживающая минимальные цены, лишилась 22% наличной реализации.

А для кого последние два года стали настоящим кошмаром, так это для российских компаний: сети “Amic” (экс-“Лукойл”) и “Роснефть” потеряли до 60-75% объемов реализации. В компании с ним оказался и бренд Shell.

Боевые потери
Но потери объемов сбыта можно считать второстепенными по сравнению с утратой активов на территориях оккупированного Крыма и части Донбасса. До 2014 г. вектор развития крупнейших сетей предполагал освоение именно юго-восточных регионов Украины.

Стратегия “Дранг нах Остен” потребовала миллионных (преимущественно кредитных) вложений в новые станции и инфраструктуру, которые теперь повисли на украинских ритейлорах мертвым грузом.

Основной удар принял на себя флагман местного рынка — компания “Параллель”, которая потеряла 60% сети, нефтебазы, транспорт, оборудование, была вынуждена перебраться в Запорожье и начать развиваться в новых регионах практически с нуля.

Можно и без России
В 2015 г. произошло одно важное событие, еще раз показавшее устойчивость украинского рынка, несмотря на все проблемы, которые принесли последние годы.

В октябре прошлого года Россия, доля которой на украин­ском рынке дизтоплива превышала 30%, одномоментно ввела эмбарго на поставки дизтоплива в Украину.

Однако исчезновения столь мощного поставщика не заметили ни потребители, ни СМИ. Поставщики оперативно организовали ввоз дизтоплива по морю из Греции, Израиля, Румынии, нарастили объемы импорта из Польши, Литвы и Белоруссии. В итоге, цены на оптовые партии из-за более затратной логистики незначительно выросли, на АЗС же они не изменились.

Весной текущего года российские поставки возобновились и обещают вскоре вернуть себе утраченную долю рынка.

Центральное место будет принадлежать нефтепродуктопроводу “ПрикарпатЗападтранс”, который был остановлен в начале 2014 г.

Уже заявлено, что с июня по этому маршруту в Украину можно будет прокачивать до 100 тыс.т дизтоплива (подробнее — на стр.46, 47). Вкупе с поставками по железной дороге это может вернуть россиянам треть и более рынка, если они будут в состоянии предложить конкурентный уровень цен.

В любом случае после 2015 г. уже понятно, что диверсифицированная система снабжения рынка гарантирует поставки топлива при любой внешней конфигурации.

Поиски спасательного круга
Частично компенсировать потери 2014-2015 гг. помог автогаз. Его потребление до 2013 г. увеличивалось на 5-10% ежегодно. За последние три года этот рынок совершил колоссальный скачок, прибавив 36%. Емкость его в 2015 г. превысила 1 млн т сжиженных углеводородных газов (СУГ).

Крупнейшие операторы нарастили продажи в 1,5-2 раза. Этот всплеск обусловлен одним фактором: цена на СУГ большую часть последних двух с половиной лет соответствует 35-40% стоимости бензина А-95, тогда как ранее снижение даже к отметке в половину цены бензина резко увеличивало спрос на газобаллонное оборудование. Удивительно, но еще два-три года назад крупные сети считали газовый бизнес чем-то побочным, не инвестируя в его инфраструктуру и маркетинг.

Сейчас автогаз частично заместил потери от продажи бензинов, но и эта возможность норовит выскользнуть из рук. Настоящей эпидемией можно считать развитие сети нелегальных газовых заправок, объемы продаж которых увеличиваются благодаря низким ценам, обусловленным неуплатой налогов и незаконным использованием земли (подробнее см. стр.42, 43).

Выходом из сложного положения для топливных ритейлоров стал нетопливный бизнес. Наличие качественного фаст-фуда уже давно стало отличительной чертой украинского рынка. А последние два с половиной года показали, что этот сегмент совершил качественный скачок.

Сеть “ОККО” впервые запустила полноценный городской ресторан азиатской кухни при АЗС, SOCAR — бургер-бар, WOG отделила гастрономический бренд от топливного и открыла первые два кафе вне территории заправки.

Более того, компания, ранее зарабатывавшая на крупных топливных тендерах “Укрзалізниці”, наладила систему питания в скоростных поездах. Магазины при АЗС стремительно трансформируются, превращаясь в маркеты, где привычную группу FMCG дополняют свежие продукты, книги, вина, крафтовая продукция украинских производителей.

Борьба за топливные маржи сменилась противо­стоянием на кофейном фронте. Этот процесс стал результатом жесткой конкуренции и вызовов, брошенных кризисом последних лет.

Сдержанные надежды
С начала года появились признаки того, что рынок достиг нулевой отметки. Госстат начал фиксировать небольшой рост потребления топлив в Украине. И если реализация бензина держится на уровне 2015 г., то продажи дизтоплива выросли на 8% (47,5 тыс.т).

 Почти остановилось сокращение объемов импорта, а также впервые за многие годы увеличилось производство бензинов и дизтоплива на Кременчугском НПЗ и Шебелинском ГПЗ.

 Оба предприятия начали импортировать казахскую нефть для дозагрузки мощностей. Доля украинских нефтепродуктов в структуре рынка увеличилась с 16% в 2014 г. до 20% в 2016 г.

Но говорить о преодолении кризиса рано. Во-первых, ситуация в экономике остается весьма шаткой, а это основа потребления топлива. Во-вторых, реального финансового состояния большинства украинских трейдеров не знает никто.

Однозначно можно сказать, что акционеры пытаются удержать бизнес на плаву. “Мы не видим перспективы восстановления объемов потребления на докризисном уровне 2012-2013 гг.

Помимо падения экономики и платежеспособности потребителей низкому потреблению топлива будет способствовать прогрессирующая эконо­мичность автомобилей”, — говорит вице-президент “Концерна Галнафтогаз” Юрий Кучабский, отмечая, что также продолжится тенденция перехода с бензина на сжиженный газ.

Евгений Мочалов
Последние новости: