Антикоррупционная эпопея. Какие горизонты открывает е-декларирование?

Илья Репин, «Запорожцы», 1891
397
Илья Репин, «Запорожцы», 1891
Некоторое время назад общество узнало о первых полурезультатах антикоррупционной новации — е-декларирования. Обнародованные данные были настолько удивительными для страны со средней заработной платой  5500 грн (188 евро по курсу НБУ) на то время, что местами даже выходили за рамки правдоподобности.

Кое-где иначе как «троллингом» контрольно-антикоррупционной системы их и назвать было трудно. Отдельные декларанты заявили почти 2,5 (250%) всей денежной массы страны наличными. На ум невольно приходила известная картина с казаками, пишущими письмо султану. А еще НБУ осчастливил население, и декларантов в том числе, новогодним подарком — невозможностью легально тратить более 50 000 грн наличными за раз.

В обществе тут же сформировалась околонаучная гипотеза — указанные активы, которые не подлежат обязательному государственному учету, якобы вовсе нереальны и призваны в некотором смысле оправдать будущие доходы.

Финансовые технологии уже не первый год позволяют фиксировать легальные доходы с точностью до копейки. От идентификационного кода отказались не все. Кредит уже не оформить с закрытием через неделю, жонглировать юридическими терминами при заполнении деклараций все сложнее. Да и обнаружением неподписанной коробки с деньгами среди подарков на День рождения уже не объяснить дорогие приобретения. Как и доходами от сверхудачливой финансовой деятельности или продажами бытовой техники в 90-х.

В воздухе чуть ли не осязаемо сконцентрировался запрос общества на верификацию правоохранительными и антикоррупционными органами заявленных цифр. Работа началась. Но тут оказалось, что в правовом государстве любые действия органов власти должны быть урегулированы законодательно, то есть в виде закона, инструкции, порядка или постановления. Сколь бы праведным ни было желание населения и органов выяснить, не пропустили ли что в декларациях (или наоборот — не дописали ли чего), правовых оснований на таковые действия в законодательстве найти не удалось.

Логический тупик существовал недолго — НАПК оперативно разработало и передало в Минюст проект порядка проведения проверок. Однако в январе Министерство публично констатировало: их с НАПК точки зрения на юридические особенности предполагаемого процесса проверки расходятся. Министерство заявило о вполне конкретных и существенных проблемах, ссылалось на возможные юридические коллизии, с чем НАПК все же согласилось после n-итерации взаимодействий. Несмотря на субъективные точки зрения о том, что Министерство бюрократизирует процесс утверждения и регистрации важного документа, ситуация открыла важнейший пласт организационно-процессуальных вопросов. Они касались осуществления органами госвласти подзаконно-правотворческой деятельности.

Законодательство Украины сформировано более чем 218 000-ми документов. Ни один человек не может быть специалистом единолично в таком объеме информации. Нет ничего удивительного, что НАПК не с первого раза сходится с Министерством юстиции во мнении. И хотя со стороны создание проекта подобного документа может показаться не таким уж и сложным, на самом деле это серьезный интеллектуальный труд. Он требует знаний, командной работы и технического учета огромного числа деталей и связей. Нарушение этих связей недопустимо и в лучшем случае продлит процедуру проверки и согласования проекта. В худшем — может нарушить права и законные интересы граждан. А может стать основанием для отмены решений, принятых в соответствии с такими документами.

Аналогичная ситуация складывалась вокруг проекта Закона о финансовой полиции (в соответствии с картой законопроекта он все еще не принят). В результате 13.02.2017 Министерство юстиции все же зарегистрировало порядок полной проверки электронных деклараций.

Непосредственно перед внедрением е-декларирования и сразу после появления первых деклараций стихийно формировались разные взгляды на ситуацию. Обсуждались даже гипотетические ставки на услугу сдачи наличных в разных валютах «в аренду» — на случай инвентаризационных проверок. Дискутировалась возможность и невозможность фиксирования проверяющим органом номеров банкнот и перспективы сдачи одной и той же суммы в аренду разным лицам. Стороннему наблюдателю последнее замечание может показаться несколько оторванным от реальности. Тем не менее более глубокий анализ ситуации и обнародованных деклараций покажет, что такое мнение не учитывает нюансов ситуации.

Второй виток событий с е-декларированием произошел в конце марта. Многие не спешили подавать декларацию, тянули до последнего момента. А когда он настал, и вся эта масса ринулась выполнять долг, система не справилась — отказала в обслуживании. Хотя проблема была отчасти в недостатках самой системы. Теперь служащие физически не были способны подать декларацию. Традиционная практика прокрастинации сыграла (при беглом изучении ситуации) против тех, кто пас задних. Стремительно приближалась дата последней формальной возможности подать декларацию. То, что многие субъекты не успевали ею воспользоваться, де-юре определяло их как коррупционеров. Однако ситуация неожиданно (неожиданно ли?) разрешилась в пользу отстающих — deadline подачи продлили одновременно с расширением круга подающих.

Новая волна деклараций до мая 2017 уже была подана в рамках порядка их проверок. Текущая редакция явно не раскрывает наиболее резонансные вопросы изучения компетентными органами задекларированных наличных. Да и в целом 4 раздела представленного порядка в будущем, видимо, будут нуждаться в расширении по фактическим результатам. При этом логично было бы привлечь к процессам разработки предварительных проектов нормативных и подзаконных актов более широкий круг специалистов в отрасли права и экономики. И такие специалисты есть. Это сотрудники десятков кафедр правоведения и государственного управления, финансов и бухгалтерского учета государственных ВУЗов.

Для реализации этой концепции достаточно внедрить электронную платформу для совместной работы над проектами документов децентрализованных рабочих групп с кросс-рецензированием. На выходе может радикально улучшится качество предварительных проектов регуляторных документов. Соответствующие государственные органы смогут эффективнее реагировать на юридические вызовы и общественные запросы. А привлечение академической науки в государственное управление — это вопрос привлечения ресурса, фактически оплаченного бюджетом.

Перенося предпроектные работы над важными нормативно-правовыми документами в электронную форму, можно решить целый ряд проблем. Одним махом. Во-первых, распределяя работу над проектами, можно реализовать концепцию «мозгового штурма» и предложить максимум интересных идей и решений.

Во-вторых, кросс-рецензирование и дискуссии о правках позволят специалистам из самых разных уголков страны принять участие в подготовке проекта. В отсеивании неудачных идей и предложении новых механизмов.

В третьих — перевод подготовительного этапа в электронную форму позволит с одной стороны визуализировать практический вклад персонифицировано, а с другой — создаст платформу для общественного участия в предварительной подготовке. Это существенно снизит возможные коррупционные риски.

Таким образом начало е-декларирования бросило вызов не только правоохранительным органам, но и обществу в целом. И поскольку окончательный deadline подачи е-деклараций уже несколько дней, как пройден, можно в ближайшем будущем начать обрабатывать статистическую информацию по первым результатам. При этом СМИ уже сообщают о выявленных лидерах общественного мнения: декларанте с около 600 квартирами и случае многомиллионного подарка в виде недвижимости. Организационно-правовые последствия это наглядно покажет, насколько полученные результаты будут соответствовать теоретическим замыслам.