На взлетной полосе

На взлетной полосе
563
С началом активных боевых действий на востоке страны перед украинской армией остро встал вопрос технического обеспечения. Армии многих стран имеют на вооружении сотни беспилотных летательных аппаратов (БПЛА), которые в зависимости от ситуации могут вести видео­наблюдение, разведку, идентифицировать и уничтожать противника, инфраструктуру и военную технику.

 В Украине, по данным Научно-технического центра новейших технологий Национальной академии наук (НТЦНТ), разработано около 30 вариантов беспилотников. Производство БПЛА было налажено в Днепропетровске, Киеве, Одессе, Житомире, Луцке и Харькове. Ими сейчас занимаются почти все авиационные институты и заводы.

Но многое из разработанного до серийного производства не доходит ввиду отсутствия финансирования. Как заявил украинским СМИ директор НТЦНТ Сергей Бабак, Министерство обороны игнорирует отечественные дроны:

По законодательству, беспилотники нельзя использовать: армия может закупать только товар, а этот товар не сертифицирован. Вкладывать деньги в разработку не могут, поскольку на эти цели деньги бюджетом не предусмотрены, и, как обычно, результат нужен “вчера”, а не через несколько месяцев”.

В этой ситуации — вся надежда на волонтерские организации, которые, не раздумывая, взяли на себя миссию по обеспечению подразделений Вооруженных Сил в зоне проведения антитеррористической операции (АТО) всем необходимым, в том числе “летучими” помощниками.

И добились в этом немалых успехов, возрождая по ходу дела былые производственные цепочки в отечественном авиастроении (см. “Блиц-интервью” на стр.39-41). Как рассказала волонтер Нелли Стельмах, в Украине беспилотниками, например, уже занимаются более десятка волонтерских групп — среди них “Армия SOS”, “Аеророзвідка” и др. Такие аппараты разрабатывает также Военный институт им.С.Королева в Житомире.

Но этого мало. Поэтому для страны в целом важно поддержать продуктивный потенциал народного творчества (см. “Оборонительный рубеж” на стр.39), чтобы в итоге дать мощный импульс развитию технологичных отраслей, в частности авиастроения. Энтузиазм, патриотизм и здоровый авантюризм, как показывает практика, здесь оказываются вполне уместными.

У всех на устах нынче игривые названия серьезных волонтерских авиапроектов — “Везунчик”, “Рятунчик”, “Вертунчик”. Такие имена получили старенькие самолеты и вертолеты, восстанавливаемые Фондом помощи стране “Крылья Феникса” для нужд армии (см. “Летная “самодеятельность” на стр.40, 41).

Совместными усилиями волонтеры и специалисты 15-й транспортной авиабригады Воздушных Сил (г.Борисполь) “подняли на крыло” Ан-26 1979 года выпуска — для высадки десанта и перевозки раненых. Обновленный самолет с позывным “Феникс” (“Везунчик”) был представлен в конце сентября на выставке “Авіасвіт 2014”.

Готовится к новой жизни самолет — скорая помощь Ан-26 1978 года выпуска и вертолет Ми-8. По данным страницы сообщества проекта в Facebook, сейчас идет активная переписка и переговоры с украинскими авиапредприятиями о проведении ремонтных работ на этих машинах.

Огромнейшая проблема в том, что людей, обладающих финансами, сегодня трудно заинтересовать долгосрочными инвестициями и малой, но стабильной прибылью. И никто еще не придумал программ долевого участия граждан в реализации таких проектов.

У нашего “Везунчика” не было богатых спонсоров. Суммы поступали от 10 грн. до 20 тыс.грн., средняя — 200-250 грн. Но итоговый результат есть: необходимое количество денег собрано, ремонт состоялся, самолет летает, и если бы он был коммерческим, то уже зарабатывал бы на свое дальнейшее совершенствование.

И интерес к такому малому финансированию есть: очень многим радостно осознавать, что за свои 10-20-100 грн. он поднял в воздух самолет!
” — раскрывает механику украинского краудфандинга координатор проектов волонтерского Фонда помощи стране “Крылья Феникса” Анна Прокопенко.

Оборонительный рубеж
Впрочем, украинские разработчики предложили украинским военным взять на во­оружение готовый беспилотный летательный комплекс Spectator. Военные подумали и… согласились.

Так, в рамках фестиваля инновационных проектов Sikorsky Challenge, организованного Национальным техническим университетом Украины “Киевский политехнический институт”, был представлен новый беспилотный летательный комплекс Spectator.

Авторы разработки — сотрудники кафедры приборов и систем управления летательными аппаратами КПИ и научного парка “Киевская политехника”. В день презентации проектов БПЛА проходили испытательные полеты, результатом которых стал меморандум, подписанный с Генеральным штабом Министерства обороны Украины.

Наши основные прямые заказчики — Минобороны, Нацгвардия, Госпогранслужба, СБУ. И Spectator удовлетворяет всем требованиям, которые они предъявляют к БПЛА такого класса. 28-30 октября в Житомире основные товаропроизводители покажут представителям “Укроборонпрома” свои модели,

и я полагаю, что наш Spectator в своем классе будет лучшим
”, — излучает оптимизм директор научного парка “Киевская политехника” Виктор Камаев. Минобороны выбирает два основных типа БПЛА — аппарат поля боя (может проводить разведку на расстоянии до 15 км, к этому классу относится и Spectator) и аппарат оперативно-тактический (до 100 км).

Среди основных конкурентных преимуществ комплекса Spectator его разработчик Роман Корнаушенко отмечает такие: во-первых, его дрон предназначен для рюкзачного ношения, тогда как аналогичные модели нужно транспортировать;

во-вторых, все уже имеющиеся беспилотники не запущены в серийное производство и не имеют типовой конструкции, поскольку разработчики все время ее меняют; иностранные же аналоги проигрывают Spectator в цене, и нередко их комплектующие становятся предметами спора из-за действия международных прав (см. “Spectator и основные конкуренты” на стр.41).

Если военные дадут добро (а в том, что это случится, Роман Корнаушенко не сомневается), наладить серийное производство БПЛА можно будет в течение двух недель, максимум — месяца. “Можно арендовать хоть завтра помещение площадью 100-150 кв.м, установить оборудование, выпустить техническую документацию для персонала и приступить к работе”, — делится планами Роман.

В принципе, помещение уже есть. Изобретателям готово предоставить площади, оборудование и персонал ОАО “Меридиан” им.С.П.Королева (бывший завод “Радиоприбор”). “У них есть подготовленные кадры, есть военная приемка. У нас подписан с ними меморандум о сотрудничестве, они ждут окончания испытаний. После чего мы передадим им макет, и они запустят производство”, — добавляет Роман. Как только будут устранены мелкие недочеты, отмеченные военными специалистами в ходе первых испытаний, Spectator можно будет запускать в серию.

Летная “самодеятельность”
Летная жизнь “Везунчика” замерла в 2005 г. Он летал с 1979 г., долго базировался в аэропорту “Киев” и входил в состав Жулянской эскадрильи. Свой последний рейс этот самолет совершил из Жулян в Борисполь и девять лет стоял на площадке хранения.

Но в апреле волонтеры-энтузиасты решили реанимировать Ан-26 — ведь такие самолеты могут перевозить на борту до 40 десантников или 24 раненых на носилках. Ремонт самолета обошелся примерно в 415 тыс.грн., а восстановление заняло четыре месяца.

К реализации проекта привлекались производственные мощности и специалисты предприятий ГП “Антонов” (г.Киев), АО “Мотор Січ”, ОКБ “Прогресс” (оба — г.Запорожье) и авиаремонтного гос­предприятия “Завод 410 гражданской авиации” (г.Киев).

Многие комплектующие были подарены “Везунчику” частными авиакомпаниями и производственными предприятиями Украины. Основные сборочные работы и отладку провели инженеры и техники 15-й транспортной авиабригады Борисполя, к которой приписан самолет.

Как рассказала БИЗНЕСу координатор проекта Анна Прокопенко, оплачиваемой работой они “грузили” ООО “Гидробест” и 410-й авиазавод. “И то 410-й работал с приличной скидкой. Ремонт винтов нам обошелся в 152 тыс.грн., хотя, по прогнозам, это стоило бы около 400 тыс.грн., — говорит г-жа Прокопенко. —

Отдельное огромнейшее спасибо ГП “Антонов” и КБ им.Ивченко (“Прогресс”). Они работали на энтузиазме. Попросту даром. В условиях войны в стране, хронического недофинансирования близких к “оборонке” предприятий это подвиг
”.

В частности, по ее словам, процедура испытания двигателей и продления на год ресурса их использования обходится примерно в 100 тыс.грн. ежегодно. Если машина простояла девять лет, соответственно, нужно умножить эту сумму на девять.

 “И это только часть айсберга. Дефектовка, ультразвуковое обследование, работы по планеру и фюзеляжу — все это стоит денег. Если бы все необходимое оплачивалось сполна, то, вероятно, дешевле было бы купить новый самолет.

В этом и ценность нашего проекта — энтузиазм, патриотизм, здоровый авантюризм. В результате из заброшенного самолета получился вполне нормальный “грузовичок”, который может работать лет пятнадцать”
, — гордится волонтер.

Что касается сертификации “Везунчика”, то работа выстраивалась так, чтобы минимизировать затраты, соблюсти букву закона и не затягивать с прохождением бюрократических процедур. Поставщики работ изначально выбирались из тех, кто имел необходимые государственные разрешения, сертификаты, иначе результат этой работы невозможно было бы принять и “узаконить” в военном ведомстве.

Но основные инновации этого проекта еще впереди. Пока не закончена установка современной авионики (навигационного оборудования). Это связано, опять же, с наличием разрешительных документов у возможных поставщиков.

 “Есть над чем подумать и поработать в части модернизации радиооборудования, производства авиационных шин. Первое устарело морально и физически, значительная часть компонентов производится в России. Шины также производятся только в России.

 Значит, нужно искать аналоги в Европе, Азии, США либо запускать производство внутри Украины
”, — отмечает г-жа Прокопенко. Вот здесь нужно будет кроме организации производства необходимых компонентов заниматься сертификацией.

Лишняя бюрократия, отягощенная материальными затратами, приводит, по ее словам, к тому, что вполне живая техника списывается на металл, так как у владельца нет свободных денег на оплату ресурса.

Блиц-интервью
“Нам просто не хватает денег”, —
горько признает координатор Фонда помощи стране “Крылья Феникса” Нелли Стельмах, говоря о перспективах отечественных БПЛА

— В сентябре этого года вы представили общественности бюджетную модель отечественного беспилотника для нужд армии. С чего началась эта история?

— Когда руководитель нашей организации Юрий Бирюков в июле поднял вопрос обеспечения подшефных из 79-й отдельной аэромобильной бригады (принимала участие в боях под Саур-Могилой, Зеленопольем, Мариновкой. — Ред.) БПЛА, мы решили, что найдем и профинансируем отечественного производителя.

Изучив рынок, пришли к выводу, что из всего имеющегося разнообразия моделей и разработок нам подходят разработки Киевского национального авиационного университета. В составе НАУ уже много лет работает научно-исследовательский центр беспилотной авиации “Вираж”, который успешно проектирует беспилотники практически без финансирования.

У них широкий ассортимент — от коптеров до самолетов, которые могут летать в течение пяти-семи часов. И все это — действующие образцы, прототипы. Увы, ученым не хватает менеджерского опыта и денег, чтобы сделать последний шаг — запустить серийное производство БПЛА.

— Какие организационные усилия потребовались, чтобы “совместный” беспилотник таки взлетел?

— Пришлось разобраться буквально во всем: в тонкостях конструкции, в запчастях, управлении, сертификации и т.д. Теперь я знаю почти всех производителей БПЛА в стране! Потом нам подсказали, что без обученных пилотов любой беспилотник — всего лишь кусок железа.

Пришлось учить ребят пользоваться этими устройствами. Из собранных “Крыльями Феникса” денег мы профинансировали постройку двух БПЛА коптерного типа и уже в сентябре передали их в подшефную бригаду.

Аппараты можно ремонтировать в полевых условиях, а университет предоставляет удаленные консультации технических специалистов. Кроме того, НАУ проводил обучение пользователей и в дальнейшем готов выпускать таких специалистов специально для армии.

— Во сколько вам это обошлось?

— Около $10 тыс. за два коптера. Еще несколько коптеров 79-й бригаде подарили другие спонсоры; чаще всего это были люди, в прошлом увлекавшиеся авиамоделированием. Но пока с финансами туго, мы не можем наладить серийное производство.

Мне бы на 10 беспилотников хватило 650 тыс.грн. Они ведь нам нужны будут и в мирной жизни: охранять границу, газопроводы, нефтепроводы. Увы, для того чтобы даже серийно выпущенные аппараты поставить на вооружение, нужно пройти много процедур. Это хотя и малая, но авиация. Тут нужна масса сертификатов.

— Сколько, по вашим оценкам, понадобится денег, чтобы в принципе обеспечить коптерами подразделения Вооруженных Сил в зоне АТО?

— На батальон нужно три-четыре беспилотника коптерного типа. В бригаде в среднем пять батальонов, следовательно, нужны 15 коптеров. Цена одного — в среднем те же упомянутые $5 тыс. Плюс на бригаду нужно хотя бы два-три беспилотника самолетного типа — они стоят $20-50 тыс.

Давайте посчитаем: ориентировочно 15 бригад должны иметь минимально 225 коптеров ($1,13 млн) и 30 БПЛА самолетного типа ($600 тыс.). И это по минимуму. Кто-то может возразить, что есть коптеры стоимостью и
$1,5 тыс., но смею вас заверить: это только летательный аппарат или система невысокого качества.

К нему нужно еще специальное снаряжение: наземные станции, системы связи, тепловизоры, топографические системы, возможно — вооружение для ударных коптеров и т.д. Без этого беспилотники неэффективны. Жаль, что сейчас мы не можем массово реализовать подобные проекты без привлечения крупных спонсоров.

Бюджетное финансирование на такие программы пока не предусмотрено, хотя, возможно, в этом вопросе я и ошибаюсь.
Последние новости: