“Люблю, когда нескучно”, —

“Люблю,  когда нескучно”, —
1836

говорит Мачей Шишко, председатель правления страховой компании “PZU Украина”

Если бы какой-нибудь внимательный житель столичного Подола знал в лицо топ-менеджеров ведущих украинских компаний, то он с удивлением узнал бы в одном из просто одетых завсегдатаев местных кондитерских председателя правления страховой компании “PZU Украина” поляка Мачея Шишко.

По воскресеньям тот не прочь побаловать себя свежей украинской выпечкой. В понедельник же в 8.15 он, гладко выбритый, в костюме с галстуком и нагрудным платком в тон, неизменно появляется в безлюдном офисе, садится за компьютер в своем просторном кабинете и разбирает электронную почту.

Господин Шишко — ранняя пташка, всегда приходит на работу раньше всех, чтобы управиться с делами, требующими личного участия. Это по выходным он — балагур и весельчак, играет в сквош. В работе же Мачей Шишко сосредоточен и вдумчив. Украинские бизнес-реалии не позволяют расслабиться, говорит в интервью БИЗНЕСу польский экспат.

— Говорят, в Украине трудно быть управленцем-экспатом. Вы согласны с этим утверждением? Почему вы здесь остаетесь?
— Нравится мне здесь. Люди нравятся, обстановка. Не скучно никогда. А я люблю, когда нескучно. В тот период, когда мне предложили работать в Украине, я был на жизненном распутье — думал о том, чтобы серьезно все изменить. Помню, я тогда распечатал финансовый отчет украинского представительства компании и, глядя на неутешительные цифры, раззадорился.

Мне стало интересно вывести украинское “крыло” компании из глубокого кризиса. А когда приехал в Киев, понял, что все еще хуже, чем показывали цифры. Была высокая текучесть кадров, люди уходили целыми подразделе­ниями, компания несла колоссальные убытки по страховым выплатам.

Я тогда сделал одну ошибку: сразу не уволил тех, кого следовало бы, потому что не хотел еще больше повышать показатель текучести персонала. Теперь понимаю: если сразу не расстаться с неэффективными сотрудниками, потом будет намного больше проблем.

В общем, из кризиса мы вышли. И я остался в Украине, потому что тут всегда интересно. Например, интересно пройтись по рынку Барабашова в Харькове, люблю гулять по Крещатику и Подолу в Киеве.

Мне нравится наблюдать за людьми, чтобы понимать, чем они живут. Это важно, потому что именно им мы предлагаем страховые продукты, в том числе и новые. Всегда ставлю себя на место клиента: “А я бы такое купил?”.

Однажды в Западной Украине мы после спуска с Говерлы отстали от своей группы и благодаря этому познакомились с радушными местными жителями, которые нам помогли добраться домой. Мы тогда столько украинских песен спели!

Я даже Гимн Украины выучил (смеется). Обычное общение с разными людьми в очередной раз убеждает меня, что есть вещи, важные абсолютно для всех.

Например, никто никогда не застрахует пишущую ручку, даже если она достаточно дорога. А вот если предложить фотографу застраховать дорогой фотоаппарат, который, по сути, является для него источником стабильного дохода, — это уже совершенно иное дело.

— Украинские клиенты часто приходят с необычными запросами?
— Бывает. Однажды к нам обратились организаторы турнира по гольфу с просьбой застраховать необычный риск — попадание гольфистов в лунку с первого удара. Всем, кто выполнит суперудар, организаторы турнира пообещали подарить автомобиль Mercedes.

Что мы могли знать о вероятности такого попадания в гольфе без статистики? И как рассчитать страховой тариф? А в турнире, представьте, участвовали около двух десятков профессиональных спортсменов.

Даже наши специалисты в Польше были не готовы помочь. Пришлось обращаться к андеррайтерам из Лондона, у которых была такая страховая практика и статистика. В общем, справились.

— Для страховой отрасли, мне кажется, кризис — самое благоприятное время для развития.
Не так ли?

— Так и есть. В разгар кризиса 2008 г. наша компания бурно развивалась. Да и сейчас заключаем около 1,5 млн сделок в год. Растем вопреки кризису и благодаря ему.

— Как изменились в связи с войной и кризисом потребительские приоритеты?
— Приоритеты все те же. Разве что машины стали страховать больше: сейчас больше угонов и поджогов. С большей ответственностью люди теперь относятся и к страхованию жилья.

— Вы в прошлом году открыли три представительства практически в прифронтовой зоне. Почему?
— Открыли, потому что на страховые услуги там больший спрос. Люди лучше осознают свои личностные и имущественные риски. Недавно мы ездили в наш офис в Краматорске. По дороге я обычно смотрю на все рекламные щиты.

Они для меня как лакмусовая бумажка настроений в регионе. Так вот, там я увидел несколько новых билбордов с рекламой кирпича, бетона и строительных кранов. Это здорово!

Если есть реклама стройматериалов — значит, есть спрос, значит, люди начинают потихоньку все отстраивать и восстанавливать. Значит, у них появилась надежда. Теперь хочется, чтобы ее стало больше и у бизнесменов.

— Вы как-то упоминали, что за девять лет так и не стали типичным украинским бизнесменом. Не научились давать взятки?
— Платить налоги — проще и дешевле, но у местных бизнесменов аллергия на налоги. Из-за лишнего процента могут даже сорвать выгодную сделку — неоднократно такое наблюдал. Помню, как-то к нам приходили с проверкой из налоговой службы.

Напрямую они взятку не просили. Но “деликатно” намекали, мол, сейчас проверка покажет, что мы тут вовсе не страхованием занимаемся, а отмыванием денег. Я был в шоке от этих заявлений.

Проверяющие так в итоге ничего и не нашли и стали рассказывать, что им нужно выявить хоть какую-то мелкую ошибку, чтобы начальство не заподоз­рило их в сокрытии “добычи”. Жалкое зрелище!

— И все же, если вам здесь так нравится, никогда не хотелось открыть в Украине собственный бизнес?
— Вот потому и не хотелось. Как-то раз с президентом одного банка мы устроили мозговой штурм, чтобы придумать идею высокодоходного бизнеса.

И так забили себе голову, что пришли к выводу: пока это может быть только бордель (смеется). И то не каждый. Но потом спохватились. Лучше уже оставаться на финансовом рынке. Хотя тут такие же страсти кипят, как и в любовных делах, но все в рамках приличий.

Кстати, если кто-то думает, что глава страховой компании всегда в костюме, при галстуке и с нагрудным платком, то глубоко ошибается. Однажды в воскресенье я проснулся и решил сходить за булочками. Надел короткие шорты, футболку с фривольной надписью, волосы взъерошены.

Захожу в таком виде в кондитерскую и встречаю своего друга и конкурента по бизнесу. Он, утром в воскресенье, был в белой рубашке и чуть со стула не упал, когда меня увидел. А мне, наоборот, кажется странным, что местные бизнесмены очень зажаты в своих корпоративных рамках
и не всегда могут забыть о статусе.

— Если бы вам предложили встретиться с любым человеком, живущим или жившим на Земле, кто бы это был?
— Мне часто приходится сталкиваться с разными знаменитостями, и, поверьте, они обычные люди. Знаете, я бы хотел встретить кого-то в таком месте, в котором просто нереально было бы увидеть этого человека.

Например, Папу Римского в бане. Или футболиста Уейна Руни в читальном зале Британской библиотеки. Вот это был бы сюрприз (смеется).

Последние новости: