Польская комиссия: На борту самолета Качиньского произошел взрыв перед падением

Польская комиссия: На борту самолета Качиньского произошел взрыв перед падением
1018
На борту самолета Ту-154М Леха Качинського перед крушением мог произойти взрыв термобарического заряда. 

Это объясняет распад самолета на мелкие обломки и значительное повреждение тел жертв катастрофы. 

Об этом говорится в фильме правительственной подкомиссии по расследованию Смоленской катастрофы, представленном 10 апреля в Варшаве.

Ранее польская комиссия заявляла, что самолет начал разваливаться в воздухе.

«Очень много факторов указывают на то, что 10 апреля 2010 года на борту правительственного Туполева произошел взрыв. 

Аварии приборов, что зарегистрировано в последних секундах полета, полная потеря энергоснабжения перед первым контактом с землей, расположение обломков самолета, специфический характер повреждений тел, аэродинамические исследования, сила, с которой одни из дверей (самолета) были вбиты в землю, – эти и много других фактов требовали от комиссии воспринять версию взрыва как полностью реальную», – отмечается в представленном фильме.

Отмечается, что с целью подтверждения версии взрыва был проведен ряд экспериментов различных взрывчатых материалов.

«В результате проведенных экспериментов можно сказать, что наиболее вероятной причиной взрыва был термобарический заряд, который привел к сильной взрывной волне, которая на своем пути уничтожала препятствия – разрывала корпус самолета, выбрасывала наружу тела жертв и срывала с них одежду», – считают авторы фильма.

По информации расследования, на месте трагедии найдены по крайней мере четыре тела жертв, которые имеют следы воздействия высокой температуры, что нельзя объяснить близостью пожара на земле, а только ожогами в результате взрыва.

Польская комиссия подчеркивает, что российская сторона осуществила ряд шагов, которые можно считать сознательным доведением экипажа самолета до катастрофы.

Как сообщается, польские контролеры вообще не должны были быть допущены к выполнению такой важной задачи, поскольку в то утро не прошли обязательного медосмотра. 

Кроме того, вместо одного центра принятия решений на диспетчерской вышке, с российской стороны было их три: генерал Бенедиктов в Москве – бывший командующий войсками спецназначения в Афганистане, контролеры движения подполковник Павел Плюснин и майор Виктор Рыженко.

 Также полковник Николай Краснокутский – бывший командир авиабазы в Смоленске, который не должен был быть на башне, но который давал команды, хотя не имел на это права.

Отмечается, что это было нарушением российского авиационного права, и со стороны россиян царил хаос.

В фильме подчеркивается, что российский самолет Ил-76, который перед катастрофой кружил над аэродромом и пытался идти на посадку, на самом деле осуществлял действия, которые «вписываются в подготовку к катастрофе».

«Надо четко сказать, что действия российской стороны должны были привести к катастрофе«, – делают вывод польские эксперты.

Они отмечают, что российские контролеры или не подавали польским пилотам жизненно необходимую информацию, или сознательно вводили их в заблуждение.

«Российские навигаторы постоянно вводили в заблуждение польских пилотов, что они на курсе и тропе, хотя те находились влево от правильной тропы подхода к взлетной полосы… 

Когда Ту-154М находился на высоте 100 метров, навигаторы молчали и ни один из них не дал необходимую команду ухода на другой круг», – отмечается в фильме.

Польская сторона утверждает, что капитан польского экипажа на безопасной высоте над землей (90-100 метров) все же успел дать команду на уход на второй круг, но «самолет продолжал снижаться, несмотря на действия пилота».

«У нас нет уверенности, почему это произошло, и какая авария привела к резкому снижению к земле. 

Вероятным поводом несостоятельности ухода на второй круг является серия аварий, которая началась на расстоянии 2,5 км от аэродрома и была зарегистрирована аппаратурой на борту Туполева», – отмечают эксперты польской подкомиссии.

Как отмечается, польский «черный ящик», регистрирующий параметры двигателя, зафиксировал резкий рост вибрации правого, а затем и левого двигателя.

«За 70 метров до столкновения с березой началось уничтожение левого крыла», — отмечает комиссия.

Она утверждает, что эксперименты комиссии в специально созданном для этого аэродинамическом туннеле подтверждают, что отрыв части левого крыла «не мог привести к опрокидыванию самолета и торможения его дальнейшего движения».

«Последняя фаза трагедии была вызвана взрывом в корпусе, который уничтожил самолет, разрывая его на фрагменты и десятки тысяч обломков, убивая пассажиров», – констатируют члены комиссии.

Первые элементы левого крыла начали падать на землю на расстоянии около 900 м от начала взлетно-посадочной полосы.



Последние новости: