Торги за турбину

Торги за турбину
616

Кто и за сколько может купить госпакет акций “Турбоатома” и как здесь обойтись без россиян

Фонд государственного имущества Украины (ФГИ) продает харьковский “Турбоатом”. Предприятие внесли в график приватизации на 2017 г. Конкурс, как следует из обнародованного 2 февраля плана, ФГИ объявит в ноябре. Но прежде Кабинет министров должен утвердить условия продажи принадлежащего ему пакета акций (75,2%) завода.

“Турбоатом” продают уже 15 лет. Правда, как таковых попыток провести приватизацию не было. С начала 2000-х годов власти несколько раз порывались выставить актив на продажу, то внося его в перечень госпредприятий, подлежащих приватизации, то исключая из него. Едва ли не каждый новый премьер-министр отменял решение предыдущего. Одни хотели продать, другие были против.

Чем важен этот завод? “Турбоатом” — единственный в стране производитель турбинного оборудования для гидро-, тепловых и атомных электростанций. В мире предприятий подобного профиля немного. В управлении наших чиновников таких активов мало.

Во-первых, завод — прибыльный, во-вторых, много экспортирует, принося валютную выручку. В представлении государства, “Турбоатом” — это курица, которая не просто несет золотые яйца, но еще и делится ими. В течение последних двух лет компания выплатила в бюджет более 1,1 млрд грн. дивидендов. Не говоря уже о налогах.

Лот на миллионы
После смены власти в 2014 г. завод уже был в списках на продажу. Как раз тогда, когда правительство Арсения Яценюка объявило о планах провести большую приватизацию с привлечением иностранных инвесторов. Кабмину нужны были деньги.

Приватизация “Укрнафти”, Одесского припортового завода, “Центрэнерго” и “Турбоатома” рассматривалась как один из быстрых способов наполнить казну. Но не сложилось.

По оценкам трехлетней давности, за госдолю в “Турбоатоме” ФГИ рассчитывал выручить около 5 млрд грн. По курсу гривни к доллару на конец 2014 г. это было немногим более $300 млн. Но как таковая оценка актива не проводилась. Скорее, это был ориентир для инвесторов.

Теперь в долларовом эквиваленте предприятие стоит дешевле. “По нашим оценкам, 100% акций “Турбоатома” могут стоить $200-250 млн. Соответственно, государственный пакет в размере 75,2% акций — до $200 млн”, — пояснил БИЗНЕСу Дмитрий Чурин, руководитель аналитического департамента инвесткомпании Eavex Capital.

Конечно, не факт, что и за эти деньги удалось бы продать. “Значительная зависимость компании от рынка СНГ может негативно влиять на оценку предприятия со стороны потенциальных инвесторов”, — отметил г-н Чурин.

Несколько иные цифры называет старший аналитик инвесткомпании “Арт Капитал” Алексей Андрейченко.

Весь акционерный капитал “Турбо­атома” оценивается примерно в $300 млн, говорит эксперт. Но едва ли государство сможет при продаже рассчитывать на свои три четверти от этой суммы.

 “Индустриальные активы в конце 2016 г. подорожали на 15%, однако показатели самого “Турбоатома” ухудшились в III квартале 2016 г., и прогнозы на следующий год по выручке снизились на 20%”, — сказал г-н Андрейченко.

Или русским, или никому?
Бывший председатель ФГИ Александр Бондарь в отношении продажи “Турбоатома” настроен скептически. И дело отнюдь не в цене. Прежде всего — в возможностях Фонда госимущества организовать прозрачный конкурс с привлечением большого количества участников.

“За последние три года ни один график приватизации не выполнялся. На какой квартал поставят ОПЗ или “Турбоатом” — вообще никакого значения не имеет. Никто его продавать не будет, потому что никто его покупать не будет”, — пояснил эксперт.

Проблема, по мнению г-на Бондаря, еще и в том, что круг потенциальных покупателей “Турбоатома” ограничен. И этот круг замкнут на интересах российского бизнеса. Рынок РФ был и, по большому счету, остается одним из основных для харьковского завода. “Турбоатом” никому, кроме России, не нужен. А России продавать сейчас не будут”, — отметил Александр Бондарь.

Справедливости ради стоит отметить, что география поставок “Турбоатома” насчитывает десятки стран. Правда, самые крупные объекты, куда в последние годы поставлял свою продукцию харьковский флагман машиностроения, находились в России, Казахстане и Украине.

В РФ действительно не раз заявляли о намерениях выкупить государственную долю в “Турбо­атоме”, если будет объявлена приватизация. Еще до аннексии Крыма и начала АТО в Донбассе такие планы озвучивали в “Рос­атоме” и компании “Силовые машины”.

Но, как известно, российским деньгам в приватизацию активов в Украине дорога закрыта. Хотя у россиян в этом случае есть несколько вариантов. Один из них — действовать через миноритарного акционера “Турбоатома” Константина Григоришина.

По данным Национальной комиссии по ценным бумагам и фондовому рынку, 13,3% акций “Турбоатома” принадлежат связанной с Константином Григоришиным КУА “Сварог Эссет Менеджмент”.

Уроженец Запорожья Константин Григоришин лишь в прошлом году сменил российское гражданство на украинское. Это произошло после того, как в Украине ввели запрет на покупку активов россиянами.

Конечно, нельзя наверняка утверждать, связано ли решение о смене гражданства с намерениями г-на Григоришина участвовать в приватизации “Турбоатома” или других госпредприятий. Но формально такая возможность у него появилась.

 “Насколько я понимаю, Константин Григоришин не контролирует предприятие. Хотя с приходом Петра Порошенко к власти длительный корпоративный конфликт был частично улажен, и “Турбо­атом” выплатил накопившиеся дивиденды миноритарным акционерам, включая г-на Григоришина. Так что я думаю, он был бы не против увеличить свой пакет до 100%”, — пояснил Алексей Андрейченко.

В конце января на горизонте появился еще один потенциальный покупатель — бизнесмен Александр Ярославский. Причем с поддержкой “большой артиллерии”. На Экономическом форуме в Давосе мажоритарный акционер корпорации Glencore Айвон Глазенберг, встречаясь с Президентом Украины Петром Порошенко, сказал, что Glencore готова совместно с группой DCH г-на Ярославского участвовать в конкурсе по приватизации ­“Турбоатома”. Если, конечно, он будет объявлен.

И здесь, как отметил г-н Андрейченко, интересно следующее. Glencore связывают с Геннадием Тимченко, российским миллиардером, приближенным к президенту РФ Владимиру Путину. К примеру, Glencore заключает сделки с “Роснефтью”.

Сам же г-н Тимченко является основателем и акционером инвестиционной группы Volga Group, у которой тоже есть интересы в сфере энергетики. Поэтому, предположил г-н Андрейченко, эксперты пока сомневаются в возможности сделки с Glencore по политическим причинам.

Гости из-за рубежа
Где же компании с мировым именем, которых не первый год обещают привести в Украину? Теоретически они есть. И список потенциальных инвесторов для “Турбоатома” достаточно внушителен.

По словам Дмит­рия Чурина, завод может быть интересен таким европейским гигантам, как Siemens или Škoda Power. Этот перечень продолжил г-н Андрейченко, назвав также GE, Hyundai и ABB.

Но это в теории. Продажу иностранцам аналитики всерьез не рассматривают. “Думаю, есть 10%-ный шанс, что кто-нибудь из них появится в списке. Однако о реальном интересе с их стороны я не слышал. Основные претенденты — украинцы и россияне”, — сказал Алексей Андрейченко.

Причем вопрос не только и не столько в желании самих иностранных инвесторов. Последние робкие попытки ФГИ продать крупные объекты иностранцам, как известно, не увенчались успехом. Самый яркий тому пример — дважды проваленный конкурс по продаже Одесского припортового завода.

“Либо приватизацию целенаправленно тормозят в интересах украинских олигархов, либо откладывают, чтобы не продавать активы по заниженным ценам. У меня много сомнений, что в этом году удастся совершить прорыв в этом направлении”, — отметил Алексей Андрейченко.

Даже если предположить, что кто-либо из перечисленных иностранных компаний, отбросив политические риски, изъявит желание побороться за “Турбоатом”, их рвение может умерить миноритарный акционер.

В украинских реалиях это большой риск для желающих купить завод. Как минимум, г-н Григоришин сможет заблокировать приватизацию, оспорив результаты конкурса.

Здесь, конечно, важна позиция правительства — какой результат им нужен. Продажа “Турбоатома” компании с мировым именем станет сигналом для других инвесторов. И не только в сфере машиностроения.

За рубежом давно не слышали о больших бизнес-победах в Украи­не. Последние годы западные компании преимущественно выводили капитал из украинских проектов.

Первый же громкий успех в приватизации позволит вернуть капитал, дав зеленый свет инвестициям. В противном случае придется и дальше наблюдать за разделом государственного имущества между финансово-промышленными группами при молчаливом покровительстве чиновников. Последние, как и полагается, будут разводить руками, жалуясь на неблаго­приятную конъюнктуру и войну в Донбассе.

Илья Плотников
Последние новости: