Не лучшие времена винодельни Бейкуш

Не лучшие времена винодельни Бейкуш
1607

МВД и Госфискальная служба имеют большие претензии к производителям вина из Николаевской области

Евгений Шнейдерис, собственник винодельни "Бейкуш" в Николаевской области, публично пожаловался на прессинг со стороны правоохранительных органов и Государственной фискальной службы.

"Последнее время против нас ведется следствие, пресс-службы правоохранительных органов выдают для прессы массу информации, не соответствующей действительности", - написал Шнейдерис в сети Facebook.

На винодельню 1 октября приехали следователи Очаковского районного управления МВД и в рамках досудебного расследования произвели обыск. На имущество был наложен арест, емкости были опечатаны.

Затем, 27 ноября визит в компанию нанесла Госфискальная служба. Представители налоговой милиции провели еще один обыск, составили протокол и уехали. Они хотели вывезти имущество, однако выяснив, что МВД наложило на него арест, оставили его на месте.

Уже 30 ноября заместитель главы ГФС Сергей Билан опубликовал отчет об аресте и изъятии 28 тысяч литров алкогольного фальсификата на 4,6 миллионов гривен и оборудования на 7,6 миллионов гривен.

Следствие ведется по части 3 статьи 191 Уголовного кодекса – о завладении и причинении ущерба государственному бюджету на сумму 394 650 гривен; и по части 2 статьи 204 – незаконное производство алкоголя.

Однако Шнейдерис утверждает, что стал жертвой юридической коллизии. Он, по его словам, занимался не производством фальсификата, а экспериментами для разработки новых рецептов вин.

"Виноделие – это долгий процесс, измеряемый годами. Причем результат в каждой местности будет разный, и узнать, что у тебя получится именно вот в этом месте, можно только экспериментальным путем. Первый нормальный урожай виноградник дает на четвертый год после посадки, - пишет собственник винодельни. – Так вот, у себя в доме я построил фактически экспериментальную лабораторию, где вместе с аспирантами профильных ВУЗов мы начали делать эксперименты, чтобы понять какие вина и как мы будем делать".

Он утверждает, что произведенные в результате экспериментов вина занимали высокие места на профильных выставках. Но МВД и налоговая милиция считают, что это не причина интерпретировать нелицензированное производство иначе, чем фальсификат.

Шнейдерис, в свою очередь, говорит, что попросту не успел получить все необходимые лицензии из-за излишней бюрократичности процедуры. "Понимая, что мы работаем в стране с очень странным винным законодательством, мы искали различные обходные способы познакомить людей с результатами наших экспериментов, - рассказывает винодел. – Мы участвовали в различных фестивалях, проводили дегустации. Очень много вин раздавали".

Отдельный видеопост с поддержкой Шнейдериса выпустил российский бизнесмен Евгений Чичваркин, которому принадлежит винный магазин Hedonism Wines в Лондоне.

"Дайте людям работать. Люди работают на своей земле. Они не приватизировали советские предприятия, они не пилят какие-то государственные бюджеты. Они работают на земле, производят лучшую вещь в своей отрасли, - заявил Чичваркин. - Уберите ментовские и прочие руки из бизнеса, дайте людям зарабатывать, дайте людям продавать все это за рубеж – страна нуждается в валютной выручке".

Старший юрист фирмы "Саенко Харенко" Олег Климчук не спешит защищать Шнейдериса. "Закон "О винограде и виноградном вине" предусматривает, что его положения не распространяются на производителей винограда и домашнего вина, предназначенных для личного употребления. За домашнее виноделие действительно к уголовной ответственности по ст. 204 Уголовного кодекса Украины не привлекают, - объясняет юрист. – Но если производство имеет массовый характер (подпольный цех или использование оборудования, которое обеспечивает массовое производство вина) и нет лицензии и других разрешительных документов, то тогда такие действия, как минимум формально, подпадают под указанную статью Уголовного кодекса".

Закон, по словам Климчука, ничего не говорит об экспериментальном производстве вина, как не говорит четко и о той грани, за которой производство домашнего вина следует считать уже массовым производством. "Если речь идет о тысячах литров, то такое производство сложно назвать домашним", - подчеркивает юрист.

Президент Ассоциации сомелье Украины Дмитрий Сидоренко считает, что "рвать на себе рубашку и кричать "Наших бьют!" – неправильный путь разрешения возникшей конфликтной ситуации. "Заплатить 780 гривен в год за лицензию, которая нужна винодельне "Бейкуш" – это не так дорого, - говорит он. – Хотя в случае с "Бейкуш" момент продажи не зафиксирован, поэтому обвинить их в сбыте нелегального алкоголя сложно".

"Вино производства "Бейкуш" получало у нас высокие оценки, - продолжает Сидоренко. – У них были экспериментальные сорта, были торговые сорта. Делали в том числе и уникальное вино по технологии заизюмливания винограда". Но с оценкой вина "Бейкуш", которую дает Чичваркин – "лучшая вещь в своей отрасли" – Сидоренко не согласен.

По его словам, вино "Бейкуш" сложно назвать вином для масс-маркета из-за небольших объемов его производства. Торговые сети такие масштабы не интересуют, как о рынке сбыте речь может идти о ресторанах и частных покупателях. "Впрочем, когда в ресторане говоришь об украинском вине, с тебя чаще всего смеются", - жалуется сомелье.



Последние новости: