Секретарь Киевсовета мечтает о муниципальной полиции и хочет отучить киевлян от автокофеен

Секретарь Киевсовета мечтает о муниципальной полиции и хочет отучить киевлян от автокофеен
904

Заместитель мэра Киева философствует о принципах городского управления, справках и профиците бюджета

Разговор с секретарем Киевского городского совета, юристом Алексеем Резниковым происходит в его кабинете на улице Крещатик. В отличие от многих бизнес-центров, охранники на входе в горсовет не спрашивают об удостоверении личности. Теоретически, можно зайти просто с улицы и постучаться в один из кабинетов. Попытки жить чиновничьей жизнью в постмайданном Киеве имеют свои видимые особенности. Перед началом беседы Резников, активно жестикулируя, рассказывает вошедшему в кабинет мужчине о своих эмоциях во время последней тренировки по стрельбе из пистолета. В контексте постоянных жалоб многих политиков о невероятной напряженности рабочего графика, разговоры в рабочее время о полноценном досуге вызывают удивление. Ниже – первая часть интервью с Резниковым.

Сейчас идет предвыборная кампания в горсовет и борьба за должность мэра города Киева. Многие политические силы баллотируются под какими-то общенациональными лозунгами - повысим пенсии, введем контрактную армию. То есть это те вопросы, которые выходят за границы компетенции местных органов власти. За что участников выборов и критикуют – мол, надо вместо этого лавочками и подъездами заниматься. В тоже время вы в интервью «Левому берегу» сказали, что это не функция депутата горсовета - красить лавочки, чинить лифты и заботиться о подъездах. Тогда скажите, что реально может сделать для общины, которая его избрала, депутат Киевского городского совета?

Он очень многое может изменить. Если мы вспомним Монтескье, Локка, серьезных философов, которые писали о государственном устройстве, то приходит в голову ассоциация с принципом разделения властей: на законодательную, исполнительную и судебную. Если мы это приземлим на органы местного самоуправления, то поймем, что законодательной властью является горсовет, облсовет, райсовет, а исполнительной - исполнительный орган. В Киеве это Киевская городская государственная администрация. Во остальных городах есть свои исполкомы.

Депутат Киевсовета – это городской парламентарий, который понимает, какие глобальные стратегические реформы должны произойти в городе и какие поручения должен дать горсовет от имени горожан исполнительному органу, чтобы реализовать эти программы.

В первую очередь – это утверждение всех целевых программ. Напомню, что согласно Бюджетному кодексу, у нас программно-целевой принцип финансирования всех городских потребностей. Поэтому есть понятия «целевые программы» и «программы социально-экономического развития». И только после того как такая программа утверждена, за ней утверждается бюджет. Если даже в течение года вносятся изменения в бюджет, то сначала вносятся изменения в программу социально-экономического развития, а потом только - в бюджет. И это все во власти как раз депутатов.

Как-то это звучит слишком теоретически.

Ну например - всех нас достало базарное лицо Киева в виде бесконтрольных мафов и всего такого прочего. Кто только не говорил «давайте с мафами бороться». Мы все понимали, что правоохранительные органы должны это делать, но милиция на это всегда закрывала глаза - то не с руки, то крышевали, то ещё что-то. Что мы придумали? Мы разработали новое положение о том, как регулируются правила торговли и правила размещения малых архитектурных форм, которые ведут предпринимательскую деятельность.

Надо различать, что малыми архитектурными формами являются и лавочки в парке, и фонарные столбы, и урны. Поэтому мы говорим о мафах, на базах которых организовывается предпринимательская деятельность – это ларьки и автоторговля, то есть автокофейни, шаурма-мобили, закусочные на колёсах. Они пошли по принципу нахождения лазейки в законодательстве. К ним подходит представитель городского благоустройства и говорит: «Прекратите здесь торговать, здесь нельзя». Торговец быстренько закрывает свое транспортное средство и уезжает. Если подходит инспектор ГАИ, торговец ему говорит: «Минуточку, на тротуаре стоять можно, если я не перекрываю два метра прохода пешеходам и нет знака «Стоянка запрещена»». Все! Вроде как не докопаешься…. Вот этими лазейками они и воспользовались.

Мне кажется, что в борьбе с незаконными мафами, в частности с автокофейнями, существует риск вместе с водой выплеснуть и ребенка. По-моему, с точки зрения жителя города Киева нет ничего плохого в том, чтобы на улицах стояли автокофейни, если это удобно и кофе там вкусный. Я сегодня шел к вам на интервью и не смог мог выпить кофе возле станции метро "Крещатик", потому что все автокофейни разогнали. В то же время люди, которые там вечно торгуют сигаретами поштучно, продолжают стоять. Какой-то дисбаланс в борьбе.

Я не считаю, что это дисбаланс. Я готов аргументировать. Вы абсолютно правы, что задача не выплеснуть ребенка, но в городе должны быть нормальные, понятные правила ведения бизнеса. Люди, выходящие из метро, не должны натыкаться на кофейни, даже если кому-то хочется выпить кофе. Это вопрос безопасности. Это приоритет. Метро является одновременно самым большим бомбоубежищем, это стратегический объект, поэтому в случае, не дай Бог, войны, он имеет особое значение. Никакой приоритет выпивания кофе не сравнится с приоритетом безопасности людей и свободного прохода.

На сегодняшний день добропорядочные налогоплательщики, бизнесмены, которые инвестировали в первые этажи зданий и официально платят паевое участие городу за то, что они разместили кофейни на первых этажах, реально теряют свой бизнес. Это происходит потому, что перед ним становится не платящий в город налогов, не платящий паевого участия кофемобиль и перебивает поток любителей кофе. Поэтому теперь вы, выйдя из метро на Крещатике, повернете налево или направо и тут же сможете выпить кофе в соседнем чистом заведении с туалетом.

Мы, разрешая пиратский полубизнес, убиваем на самом деле бизнес, который более социально ответственный. А город зарабатывает деньги, напомню, в первую очередь, за счет налога на доходы физических лиц, платы за землю и 10% от налога на прибыль. Как вы знаете, 90% этого налога уходит в государственный бюджет. Поэтому город напрямую заинтересован, чтобы юрлица, частные предприниматели зарабатывали деньги, платили налоги, инвестировали деньги в недвижимость, развивали город, как это происходит в мире. Вы по Парижу, по Вене, по Лондону, по Берлину прогуляйтесь!

По американским городам ездят автозакусочные - и все в порядке.

3.jpg

Нам нужны правила. В положении, которое мы, депутаты горсовета, приняли и утвердили, прямо написано, что мы не запрещаем автозакусочные как класс, но мы говорим: «Ребята, вы не можете как саранча передвигаться по городу и становиться, где вам захочется». Обсуждается согласованная схема размещения в городе порайонно, разыгрываются лоты на официальном конкурсе.

Выигрывай, плати паевое участие городу – и ты в этом месте стоишь. Это могут быть парковки, стоянки. Так автозакусочные не мешают другой городской жизнедеятельности. При этом если он выполнил правила, никто его оттуда не уберет. То есть он получит защиту.

Я вам приведу пример: город Нью-Йорк. Если вы пройдетесь по улицам, то увидите, что там не массово, но на определенных перекрестках стоят тележечки, в которых торгуют хот-догами либо продают что-то вроде шаурмы, безалкогольные напитки. Так вот, муниципалитет Нью-Йорка продает лицензии на эту торговлю в конкретно отведенных местах. Никто другой там стоять не может, за этим следит полиция.

Наша задача – привлечь инвестиции в недвижимость, главным образом в помещения на первых этажах. Предприниматель проинвестирует деньги, вложит в ремонт, заплатит строителю, тот заплатит за краску и так далее. Целый комплекс полезных вещей. Прогуляйтесь по Оболонской набережной…

И там тоже стоят автокофейни…

Там почти все первые этажи – это кафешечки, ресторанчики, парикмахерские, салончики. Каждый из собственников ухаживает за территорией, травку поливает, деревце охаживает, мусор убирает. Владельцы этих заведений просят нас об одном – чтобы мы не пустили туда мафы.

Те же автокофейни не выглядят так ужасно, как стихийная уличная торговля и всевозможные базары. Видимых проявлений борьбы со стихийной уличной торговлей и базарами, честно говоря, не заметно. Почему такая война с автокофейнями и никаких действий в отношении раскладок, базаров и прочих малоэстетичных вещей?

Это вам кажется, что никаких действий. Они есть, но они, к сожалению, неэффективны. По одной просто причине: до бабушки, которая расстелила газетку и торгует куриными яйцами или молоком, руки не доходят.

Вы специально используете такой социально острый пример?

Но это так и есть. Здесь может помочь только милиция. Только у милиции есть компетенция эту бабушку поднять и за нарушение правил торговли, за антисанитарию отвести её в участок. И бабушка проклянет его три раза и расскажет, кто он такой. Поэтому милиция старается этого не делать. Это действительно проблема, для которой мы пытаемся найти решение.

До тех пор, пока в городах - не только в Киеве, но и в Харькове, во Львове, в Одессе - не будет своей муниципальной милиции или полиции, которая бы финансировалась за счет городского бюджета, по многим вещам порядок навести будет невозможно.

Вас слышат в правительстве, когда вы говорите о таких проблемах?

Слышат, но не внимают. У них другие приоритеты, другие задачи. Пока милиция не является зависимой от горожан напрямую, многие вещи нам очень трудно даются. Мы приезжаем сносить те же незаконные мафы – официально, с предписанием, с инспекторами КП "Киевблагоустрий". А там стоят сто человек с дубинами, нанятые этими торговцами, и физически не позволяют снести мафы. Без поддержки правоохранительных органов это сделать практически невозможно.

Сейчас люди начали объединяться в организации «Антимаф», «Стоп маф» и говорят нам: «Не можете сами снести - мы будем помогать». И тут же начинается дискуссия в обществе: «Ага, одни притащили титушек против других титушек». И начинается.

Не совсем понятно, почему все эти функции не может выполнять национальная полиция. Если вопрос в мотивации, то его ведь можно как-то решить?

Я не знаю почему. Я и так пробовал, и так…. Ну вот не выполняет она эти функции. По разным причинам. Милиция до сих пор деморализована после Майдана. Рядовой милиционер думает: «Зачем я буду сегодня идти, выгонять эту бабушку, неправильно торгующую возле метро или в метро, если завтра на меня за это ополчится общественность?».

Вот сейчас у нас с вами есть надежда на новое подразделение полиции. Пока они пользуются доверием людей, применение ими насилия имеет поддержку в обществе. Доверия к ним и будет высоким, если они не начнут брать взятки, как это делали их предшественники.

Вы ожидаете, что не начнут?

Человек слаб, человек поддается соблазну. Зарплата, которую платят полицейским в той же Грузии, если не ошибаюсь, порядка 1000 долларов. Плюс у него право на льготный кредит на жилье, у него страховка, позитивный социальный пакет. Но Грузия – это 4 миллиона населения. И, соответственно, денег, которые выделили западные фонды, хватает, чтобы эту полицию содержать. А в нашей сорокамиллионной стране полиции гораздо больше. Сегодня им объявлена зарплата 8000 грн, после налогов - еще меньше. Соблазны у них будут больше. Они патрулируют город, занимаются безопасностью движения, но есть некоторые вещи, которые не входят в их компетенцию.

Например какие?

Я не уверен, что уличная торговля входит в их компетенцию. Я предполагаю, что ею пока еще занимается обычная милиция. Когда мэр избирается, то горожане в том числе голосуют и за его команду, за его начальника полиции. Вспомните успешный пример, как Рудольф Джулиани стал мэром Нью-Йорка. Нью-Йорк считался одним из самых преступных городов в Америке, но Джулиани, подобрал очень интересного кадра на должность главного полицейского и они начали программу «Разбитых окон». Люди разбивали окна, рисовали на стенах граффити – а муниципальные органы их стеклили и тут же закрашивали. Снова и снова. В итоге стало просто бессмысленно рисовать на стенах.. В итоге, Джулиани успешно переизбрался во второй раз.

Раз уж вы заговорили о выборах – давайте поговорим о выборах мэра Киева. Вы являетесь членом команды Виталия Кличко, который баллотируется в мэры и считается ключевым кандидатом, в то время как сами идете в Киевсовет по мажоритарному округу на Оболони. Ключевой аргумент тех, кто критикует Кличко, состоит в том, что какого-то существенного завершенного проекта, который можно было бы представить на суд киевлянам, у него нет. Эта же критика касается и вас как члена команды мэра. Вам есть, что ответить на этот аргумент?

Либо так говорят реальные конкуренты, которые должны так говорить, либо те, кто не следят за ситуацией в городе. Нас можно критиковать за одну только вещь – за то, что мы не занимаемся пиаром добрых дел.

Ну как сказать. Сюжеты с добрыми делами Кличко стали регулярными гостями новостных блоков телеканала "Украина".

За полтора года мы сделали много глубинных вещей, не показушных. Привожу пример: где в Киеве происходят главные хищения? Естественно, в городском бюджете. Что мы сделали? Немецкая компания SAP бесплатно для города разработала софт - «Открытый электронный бюджет в доступе онлайн». У вас в школу кто-то ходит из знакомых или близких?

Да, сын ходит в школу.

Вы знаете номер школы, вы знаете район. Теперь можете посмотреть, выделялись ли какие-то деньги на эту школу в этом году, сколько, на какой вид работ, кто получил эти деньги. В одной из школ родители собрали деньги на ремонтные работы, но те же работы были профинансированы киевским городским бюджетом. То есть две суммы на одну работу, какая-то часть суммы ушла в никуда. Результат – кадровая чистка. Мы смогли уже уволить ряд директоров школ.

Следующий пример: закупки. Электронные закупки мы уже несколько месяцев проводим открытыми до допороговой суммы в 100 тысяч гривен. Это уменьшило расходы городского бюджета сразу на 20% по этому направлению. А объём закупок в Киеве в три раза больше, чем в других городах Украины. Сейчас, с момента подписания президентом изменений к тендерному законодательству, пороговые суммы увеличились – в зависимости от категории, это 200 тысяч, 500 тысяч, 1 миллион гривен.И еще пример: управление коммунальным имуществом. Никто не знал, сколько в городе объектов недвижимости. И, естественно, это позволяло злоупотреблять. Существовало правило, что департамент коммунального имущества раз в три месяца подает информацию о том, освобождается какое-то помещение или нет. Свободные помещения при этом можно было сдавать в аренду. Сейчас зайдя на карту в режиме онлайн, после полной инвентаризации, вы видите, например, здание на Красноармейской. Кликаете, смотрите: это здание принадлежит громаде города Киева, балансодержатель – коммунальное предприятие Х, срок аренды заканчивается через три месяца, площадь такая-то, стоимость такая-то. Или кликаете, а оно пустующее, не сдано в аренду - и вы готовы его взять.

11.jpg

Кроме того, мы насчитали в городе порядка 300 административных услуг, которые предоставляются людям. Сейчас идет оцифровка документов, архивов, чтобы вы, сидя дома, могли получать многие услуги. Сегодня вы можете справку о квартире, о квартирном учете получить онлайн, используя для верификации банковскую кредитную карту. ЖЭКи начинают оцифровывать документы.

Я согласен, что громко кричащую армию Фейсбука ваши аргументы могут в той или иной степени удовлетворить. Но многим киевлянам хотелось бы видеть конкретный результат, который можно пощупать. Электронные торги, закупки – это прекрасно, и справки - тоже отлично, но когда проходишь по спальному району вроде Троещины или Борщаговки и видишь, как он ужасно выглядит, ты понимаешь, что в Киеве уровень комфорта жизни очень низкий. Пресловутые отключения горячей воды, много других неурядиц. При этом у Киева профицитный бюджет и есть какие-то деньги, которые можно было бы на что-то полезное направлять – что с ними делается? На что идет профицит городского бюджета?

Давайте начнем с того, что мы первые, кто смог профицит обеспечить…

Но простите, вам достался город Киев, вполне прибыльный актив. И главное – его не загубить, дать ему возможность развиваться, а основания для развития есть.

Абсолютно с вами согласен. И вот наша задача была: а) не загубить, б) начать его развивать. Мы сегодня можем говорить о том, что есть возможность рассчитываться с долгами, которые на Киеве висят уже больше 10 лет. Киевский городской бюджет каждый год платит проценты по долгам: внешним и внутренним. Можете представить, что наши предыдущие градоначальники умудрились взять валютные кредиты для строительства двух опор Подольского мостового перехода. Вдумайтесь: не на весь мост, а на часть моста! Мост не достроен до сих пор, а деньги надо обслуживать, это еврооблигации на 250 миллионов долларов. И есть еще второй выпуск еврооблигаций на 300 миллионов долларов. Непонятно, куда ушли эти деньги.

Возвращаясь к профициту – 250 миллионов гривен ушли на энергоносители для бюджетных учреждений. Плюс в городе Киев по нашей примерной оценке 25% - это льготники. Они ездят в коммунальном транспорте, не платят за проезд. Правительство в городскую казну не компенсировало ни копейки. И мы приняли сложное решение, что Киев профинансировал льготников, ветеранов, инвалидов, пенсионеров и студентов.

Вы действительно считаете, что это эффективный способ воспользоваться профицитом бюджета – дать льготникам его проездить?

Я не знаю эффективный ли это способ, но без этого нельзя. Извините меня, за полтора года многие вещи были заложены и уже дают свой эффект. Но не я придумал перевыборы через полтора года. В какой цивилизованной стране городская власть переизбирается через полтора года, и все уже знают, что это ее каденция составит только два года?! Вместо того, чтобы заниматься городом, нужно отвлекаться на предвыборные кампании, на популизм. Вот этой критики, о которой вы говорите - её в разы было меньше, если бы не было сейчас выборов.

Но и ваша команда не гнушается популизмом. Давайте вспомним хотя бы пополнение Виталием Владимировичем на 100 гривен карточек киевлянина, принадлежащих пенсионерам.

Это законы жанра, к сожалению. Я не буду это комментировать.

Последние новости: