Злокачественное образование

Злокачественное образование
403

В июне традиционно горячей темой становится бедственное положение высшего образования, а также средней школы. Сейчас выпускники школ проходят внешнее независимое оценивание, на носу вступительная кампания в вузы. Между тем в дискуссиях на эту тему обычно мало внимания уделяют профтехобразованию как одной из “опций” для вчерашних школьников.

А ведь для стабильного развития промышленности Украине необходимы специалисты, окончившие профессионально-технические учебные заведения (ПТУЗы), иными словами, квалифицированные рабочие.

После развала СССР техникумы столкнулись с теми же проблемами, что и экономика в целом: налаженные связи оказались разорваны, промышленность стагнировала, потребность в специалистах претерпела изменения, равно как и государственный заказ.

По данным Министерства образования и науки Украины, за 22 года выпуск квалифицированных рабочих сократился на 46,3%, тогда как специалистов с высшим образованием стало в 1,7 раза больше (см. “Соотношение выпускников…” ). Наблюдается явный дисбаланс в пользу выпускников вузов: их в 5 раз больше, чем выпускников ПТУЗов.

Деньги

Финансирования училищам не хватает: даже самые амбициозные правительственные программы на деле выглядят смешными. Например, Государственная целевая программа развития профессионально-технического образования до 2015 г., принятая в 2011 г. В соответствии с ней 983 ПТУЗам, в которых числятся 389,5 тыс. учащихся, собирались выделить 4,9 млрд грн. Соотношение выпускников высших и профессионально-технических заведений, тыс.чел.

Из них 0,4 млрд грн. хотели получить у местных бюджетов, еще 0,2 млрд грн. — из “других источников”, иными словами, от спонсоров и потенциальных работодателей выпускников. Позднее выделенная сумма уменьшилась до 3,5 млрд грн. Видимо, авторы прогрессивной государственной программы предполагали, что на эти деньги почти тысяча учебных заведений сможет развиваться в течение пяти лет.

Сумма, которая в 2014 г. предусмотрена в бюджете МОН на подготовку кадров ПТУЗ и их материально-техническое обеспечение, выглядит так же печально — 1,3 млрд грн. (см. статью "Как кролики", статью "Любовь зла"). Из них в течение января — мая уже получено 469 млн грн.

Скромные средства — проблема не только ПТУЗов, но и всей сферы образования в целом. “Представители власти постоянно заявляют о важности образования, но с реальными делами их слова не совпадают. На самом деле образование получает всего 6% необходимых средств”, — сетует Егор Стадный, эксперт Центра исследования общества (г.Киев; с 2009 г.; 15 чел.).

О недофинансировании отрасли говорит и председатель Комитета ВР по вопросам науки и образования Лилия Гриневич: “Проблема финансирования переходит к местным бюджетам, а также ложится на плечи родителей школьников и студентов. Это приводит к неравному доступу к качественному обучению. Образование в Украине воспроизводит бедность и формирует социальную прослойку бедных людей”.

Матчасть

Согласно упоминавшейся Государственной целевой программе, 788 млн грн. предполагалось направить на оснащение профтехучилищ современным оборудованием и техникой. Вместо этого МОН отрапортовало: 99% ПТУ и 63% общежитий подключены к интернету, а 80% профтехучилищ имеют свои веб-сайты. Структура преподавательского состава ПТУЗов по стажу работы, %

“В течение последних 20 лет вкладывали только в компьютеризацию, остальные направления развития были “заморожены”, — поясняет директор департамента профтехобразования МОН Вячеслав Супрун. — Оборудование и учебная техника устарели на 80%, а средств, достаточных для ремонта или покупки новых, не выделяют”. И это неудивительно: только 4% учебной техники в ПТУЗах моложе 10 лет (см. “Структура парка…”).

При этом при обучении некоторым специальностям, особенно связанным с работой в промышленности, без серьезных затрат не обойтись. “На подготовку только одного токаря нужна тонна металла, а это 10-15 тыс.грн.”, — приводит пример начальник Донецкого облуправления образования и науки Юрий Соловьев.

Впрочем, расчетов конкретных затрат на подготовку будущих специалистов нет. Разумеется, на обучение разным профессиям, например, “мастер отельного обслуживания”, “токарь” или “оператор компьютерного набора”, требуются разные суммы.

По словам г-жи Гриневич, в системе образования затраты рассчитываются исходя не из потребностей, а из выделенных сумм. Иными словами, фиксированных цифр никто не назовет — на студента будет потрачено столько, сколько сможет выделить государственный и местный бюджеты.

При этом, по словам Вячеслава Супруна, учащиеся выбирают наукоемкие, высокотехнологичные, а следовательно, затратные, с точки зрения обучения, профессии. Освоившие их выпускники могут работать в сферах промышленности и транспорта.

Еще одна тенденция: недавно популярные специальности, вроде “оператор компьютерного набора”, сдают позиции — навыки работы с компьютером сейчас получают и без специального образования.

Не сумело государство разобраться и с проблемой учебников, которых, по данным МОН, ПТУЗам категорически не хватает. Потребность в учебниках по общеобразовательным дисциплинам покрывается всего на 62,4%, по предметам профессиональной подготовки — на 74%. Причем в некоторых областях, в том числе в Волынской, Кировоградской, Черниговской, Днепропетровской, Запорожской, Харьковской (последние три можно назвать сердцем украинской промышленности), эти показатели ниже, чем в среднем по стране.

В 2012-2013 гг. реализовывалась государственная программа “Учебник для профтехнических учебных заведений”, в рамках которой планировалось обеспечить ПТУЗы новыми пособиями. Тогдашний министр образования Дмитрий Табачник обещал к началу 2013/14 учебного года напечатать 80% необходимых книг.

Он же сетовал, что за последнее десятилетие из 470 наименований учебной литературы (имеются в виду учебники в том числе для школ и вузов) было издано только 131, т.е. 27%.

Однако в январе 2014 г., отчитываясь за год работы, г-н Табачник заявил, что впервые за последние пять лет обеспечено издание за средства госбюджета аж трех учебников для учеников ПТУЗов общим тиражом 75,5 тыс. экземпляров. Этого количества, пожалуй, недостаточно для 389,5 тыс. учащихся, которые занимаются по пособиям десятилетней давности.

Еще одна проблема возникает на областном уровне — это распределение ответственности между местной властью и МОН. Но без вмешательства центра ее невозможно решить. “Министерство закрывает учебное заведение, а помещение остается на нашей территории. Стоит, разрушается, портит вид города. Необходимо определиться: либо эти заведения переходят в областную коммунальную собственность и мы самостоятельно решаем все эти проблемы, либо они будут в государственной собственности и вопрос остается открытым”, — говорит заместитель директора департамента образования и науки Донецкой облгосадминистрации Юрий Торба.

Заместитель директора транспортного техникума в Винницкой области Алена, которая просила не называть ее фамилию, жалуется на то, что средства на ремонт и закупку оборудования невозможно получить ни из местного, ни из областного бюджетов. “Во-первых, денег всегда не хватает. Во-вторых, оказывается, что данные конкретные нужды — это не их ответственность. Поэтому самый простой способ что-то сделать — добровольные взносы родителей, которым надоело, например, что их дети учатся в кабинетах со вздувшимся линолеумом”, — поясняет она.

Соучастники

Одним из основных путей развития профессионально-технического образования эксперты называют сотрудничество ПТУЗов с крупными предприятиями. Такой вариант позволяет ученику проходить практику не на устаревшем оборудовании учебного заведения, а сразу на рабочем месте. Кроме того, выпускники получают возможность трудоустроиться по окончании техникума.

Но главное — такое сотрудничество позволит ПТУЗу получить средства, которые не выделяет бюджет. Правда, по словам г-на Супруна, сейчас сфера бизнеса и производства в целом направляет на подготовку квалифицированных работников 1-1,5% ВВП страны. “Необходимо же примерно втрое больше”, — добавляет чиновник.

В пример он приводит европейские системы, которые если и приживутся у нас, то не скоро: во Франции предприятия тратят на обучение сотрудников 18% прибыли, в Австрии — 22,3%, а в Германии действует система, при которой 44,9% финансирования образования кадров — частное. По мнению г-на Супруна, в высокой квалификации специалиста должен быть заинтересован прежде всего работодатель.

Такое же мнение высказывает Юрий Соловьев: “Ситуация парадоксальная: мы готовим квалифицированных рабочих для предприятий, но эти предприятия ничего не делают для того, чтобы эта подготовка была качественной”.

А по словам Алены из винницкого техникума, местный бизнес не всегда идет на сотрудничество, потому что не нуждается в том количестве кадров, которое выпускают ПТУЗы. “Учебные заведения загружены на 50-70%, но регион все равно может не нуждаться в таком количестве, например, кровельщиков или аппаратчиков лесохимического оборудования — тут уж какие профессии ни возьми. Специалист, который мог бы быть востребован в другом регионе, в определенном месте вдруг остается без работы”, — пояснила она БИЗНЕСу.

По мнению Вячеслава Супруна, именно тесное сотрудничество с бизнесом позволит увидеть, каков реальный заказ на специалистов в обществе. В идеале, в каждом регионе сложится своя система, ПТУЗы объединятся в образовательные округа и начнут более тесно сотрудничать как с предприятиями, так и с вузами.

“Поддерживать систему ПТУ могут только крупные предприятия. И это делают такие гиганты, как НКМЗ, меткомбинаты им.Ильича и “Азовсталь”, концерн “Азовмаш”, шахта им.А.Засядько. Они ведут целенаправленную подготовку рабочих кадров”, — рассказывает о ситуации в Донецкой области г-н Соловьев.

В департаменте профтехобразования в числе тех, кто идет на сотрудничество, называют группу “СКМ” Рината Ахметова, в химической отрасли — Group DF Дмитрия Фирташа, в строительной — компании “ХенкельБаутехник Украина” и “КнауфМаркетинг Украина”.

{{cut}}

Люди

Еще одна проблема профтехучилищ — нехватка преподавателей. Правда, в последнее время в департаменте профтехобразования говорят об улучшении ситуации. “У нас почти нет свободных вакансий мастеров производственного обучения. А несколько лет назад их было 10-15%”, — утверждает г-н Супрун. Однако не отрицает — среди преподавателей мало молодежи (см. “Структура преподавательского…”).Структура профессионально-технических учебных заведений по отраслям экономики, %

“Выпускники оставаться работать в техникуме не хотят, — рассказывает Алена. — Если они пойдут работать по специальности на предприятие, заработают больше. Общеобразовательные дисциплины ведут совместители, которые преподают сразу в нескольких местах, часто в вузах. А профильные — в основном старые мастера”.

Впрочем, низкие зарплаты, заставляющие искать другую работу, характерны для всей сферы образования. По результатам общенационального социологического опроса “Социально-экономический и профессиональный портрет украинского преподавателя”, проведенного Центром исследования общества, 43% преподавателей вузов получают в месяц менее 3 тыс.грн.

И только 16% имеют доход более 4,5 тыс.грн. Опрос показал, что 20% сотрудников вузов преподают в других местах, трудятся не по специальности, занимаются репетиторством. В полной мере это касается и работников профтехучилищ.

Попутчики

Но не только в этом профессионально-технические и высшие учебные заведения пересекаются. В департаменте профтехобразования МОН говорят, что в последние годы вузы тоже стали лицензировать рабочие профессии. По мнению г-на Супруна, это способ привлечь новых абитуриентов, ведь возможность параллельно получать рабочее образование повышает шансы на трудоустройство.

Однако необходимых условий — преподавателей, базы для практики — в вузах нет, потому что они ориентированы на другое. “Это приводит в том числе и к нецелевому расходованию средств, ведь если человек учился по госзаказу в вузе, а пошел работать по другой специальности, деньги на его высшее образование были потрачены нерационально”, — поясняют в департаменте профтехобразования МОН.

Вместе с тем, несмотря ни на что, с трудоустройством выпускников ПТУЗов ситуация не такая уж трагическая. По данным департамента профтехобразования, работу по специальности находят 82-84% выпускников. Конечно, сами работники заведений считают, что такие цифры не совсем отражают реальность.

“Да, в нашем техникуме без первого рабочего места остаются только те, кто его не ищет. Но дело в том, что уже через полгода выпускники работу меняют. Одни стремятся все-таки получить высшее образование. Другие ищут более денежную работу”, — говорит Алена. Впрочем, выпускники на недостаток работы жалуются редко.

Николай Костюшко, окончивший несколько лет назад Симферопольский колледж Национального университета пищевых технологий, трудится поваром. “Я учился и параллельно работал — это лучший способ получить знания. Образование в колледже мне казалось растянутым, практики не хватало. Зато теперь моя профессия нужна, и сколько бы я ни переезжал, всегда быстро нахожу работу”, — уверяет г-н Костюшко.

Высшая школа

Расплодилось

В МОН придумывают, что делать с огромным количеством малоэффективных вузов

Параллельно с развитием профес-сионально-технического образования Украина нуждается в сокращении численности высших учебных заведений. Сейчас вузов I-IV уровней аккредитации насчитывается 803, из них примерно 300 имеют III-IV уровни.

“Украинская экономика не может себе позволить так много вузов, — уверен министр образования и науки Украины Сергей Квит. — Единственное — нельзя сокращать количество вузов субъективно, например, приказами министра. Мы должны разработать критерии качества, включить реальные рыночные механизмы конкуренции между университетами”.

Первый заместитель министра Инна Совсун тоже говорит, что при таком количестве отнюдь не все вузы могут гарантировать достойный уровень образования. “Предыдущее руководство министерства пыталось решить проблему путем слияния вузов. Правда, кроме волн недовольства среди преподавателей и студентов, никаких реальных результатов такие объединения не принесли — ни по экономии государственных средств, ни по улучшению учебного процесса”, — отмечает г-жа Совсун.

Действительно, экс-министр образования и науки Дмитрий Табачник неоднократно заявлял, что Украине хватило бы и 90 вузов: “Мировым параметрам соответствует показатель, когда на 500-800 тыс. жителей страны приходится один успешный университет”. Однако ему так и не удалось ликвидировать множество мелких коммерческих учебных заведений.

По словам Инны Совсун, пересмотр лицензий тоже не принесет быстрого результата. Прежде всего потому, что проверки связаны с человеческим фактором. “Кроме того, одновременно пересмотреть десятки тысяч лицензий невозможно чисто с управленческой точки зрения”, — добавляет г-жа Совсун. Помимо этого процедуры лицензирования учебных заведений в нашей стране чрезмерно усложнены. В план 100 первых дней, о котором новое руководство министерства объявило в марте, входил пункт “Упрощение процедур”.

Инна Совсун отмечает, что наилучший выход — это постепенное сокращение государственного финансирования тех вузов, которые не дают образования необходимого уровня. Для них объем государственного заказа будет уменьшаться, а бюджетные места постепенно будут передаваться более сильным университетам.

Сейчас лицензированием и аккредитацией вузов занимается министерство, однако планируется вывести эту функцию из-под его влияния и создать Национальное агентство качества высшего образования. По словам г-жи Совсун, уже начали формировать комиссию, которая сможет рассматривать заявки вузов на госзаказы. В нее войдут эксперты, ученые и представители работодателей.

Система распределения государственного заказа давно уже нуждается в реформировании. “Главный недостаток существующей системы, — говорит Егор Стадный, — это абсолютная непрозрачность. Как и по каким критериям распределяются места? По какой причине вуз вдруг получает дополнительное количество мест?”. Ранее министерство якобы пользовалось при их распределении собственным рейтингом вузов.

Но при этом университет из второго десятка рейтинга мог вдруг получить новых 10-15 мест на престижных специальностях, а вуз, входящий в первую пятерку, — неожиданно потерять. При этом механизма расчетов, сколько денег получит университет за обучение “бюджетного студента”, не было. Как пояснили в прошлом году в МОН экспертам из Центра исследования общества, “пока не существует единого порядка определения стоимости подготовки одного студента”.

Впрочем, новый министр не обещает изменить систему в корне, но говорит, что сделает ее более прозрачной. То есть с учетом независимых рейтингов вузов. “Мы возьмем рейтинги “Топ-200 Украина”, “Компас” и др., — говорит Сергей Квит. — И будем поддерживать те специальности и университеты, которые окажутся сильнейшими”.

Однако насколько объективны эти рейтинги, действительно ли они будут использоваться при распределении или опять все будет делаться в “ручном” режиме, пока неизвестно. Единственное, что ясно, — это то, что небольшие вузы все-таки ждет либо слияние, либо постепенное закрытие.

“Сокращение никоим образом не затронет мощные региональные вузы. Речь идет лишь о необходимости постепенного сокращения финансирования очевидно неэффективных высших учебных заведений”, — успокаивает Инна Совсун.

Последние новости: